Иран на пороге водного коллапса

Прошлым летом Иран оказался на грани «нулевого дня». Речь идет не о ядерной угрозе, а о критической точке, когда водоснабжение перестанет удовлетворять спрос и система рухнет. Президент Ирана Масуд Пезешкиан неоднократно предупреждал о возможной необходимости эвакуации жителей Тегерана из-за обостряющегося водного кризиса. Водный стресс в стране, усугубляемый последствиями изменения климата, бесхозяйственностью и коррупцией в управлении ресурсами, является одним из самых высоких в мире.

Экстремальная ситуация провоцирует социальные волнения, которые временно затихли на фоне войны. Однако впереди новое лето, и затяжной региональный конфликт угрожает нанести дополнительный ущерб ограниченному водному хозяйству, так как государственные ресурсы перенаправляются на военные нужды. Недавние атаки продемонстрировали уязвимость систем водоснабжения и энергетики. Видео из Тегерана зафиксировали горящие водоканалы и дренажные трубы после ударов по нефтехранилищам, что указывает на загрязнение потоков. В Персидском заливе атака на опреснительную установку на острове Кешм и ответный удар по водному объекту в Бахрейне подтвердили, что инфраструктура водоснабжения становится целью на поле боя.

Масштабы водного дефицита

Иран входит в число стран с экстремальным водным стрессом. Институт мировых ресурсов (WRI) ставит Иран на 14-е место в мире по этому показателю: 26 из 31 провинции испытывают критическую нехватку, а 80–100% возобновляемых ресурсов ежегодно используются до предела. Циклы засухи становятся чаще и тяжелее. Прошлая осень стала одним из самых засушливых периодов за последние 20 лет. Исследования World Weather Attribution (WWA) показывают, что подобные явления, которые без изменения климата случались бы раз в 80 лет, в нынешних условиях ожидаются раз в пять лет. При повышении глобальной температуры на 2 градуса Цельсия Иран может сталкиваться с такой засухой через год. Ожидается, что к 2080 году предложение воды сократится на 11%, а спрос к 2050 году вырастет на 30%. Реки высыхают, а более 70% основных водоносных горизонтов эксплуатируются сверх возможностей.

---

Отсутствие инвестиций и «водная мафия»

Иран практически не использует опреснение: лишь 3% потребляемой воды поступает из этого источника, а существующие установки устарели. Изменение ситуации требует огромных вложений в сельское хозяйство, инфраструктуру и ремонт городских сетей. Исторически, начиная с 1960-х годов, Иран поощрял водоемкое сельское хозяйство без учета гидрологических ограничений. Около 90% воды расходуется на нужды аграрного сектора, часто через расточительное орошение культур, требующих много влаги, таких как пшеница, рис и сахарная свекла. При этом бюджеты, выделяемые с 1980-х годов, нередко оседали в карманах подрядчиков, связанных с политическими элитами — так называемой «водной мафией». Выдача сотен тысяч лицензий на бурение скважин без надзора привела к необратимому проседанию почвы, повреждающему здания и дороги.

Социальные последствия и угрозы безопасности

Бесхозяйственность подорвала доверие общества. В 2021 году жители провинции Хузестан вышли на «интифаду жаждущих», протестуя против управления ресурсами. В ноябре 2025 года прошли студенческие протесты в Тегеране из-за отключений воды в общежитиях. Даже столица, где проживает около 10 миллионов человек, теперь сталкивается с дефицитом, завися от горных водохранилищ, страдающих от сокращения снежного покрова. В Исфахане река Заянде-Руд, историческая основа города, остается сухой уже несколько лет.

В тени войны водная проблема отошла на второй план, однако режим использует её как оружие, угрожая атаками на опреснительные установки и плотины в странах Залива. В ответ на угрозы президента США Дональда Трампа атаковать энергетическую инфраструктуру Ирана, руководство страны пригрозило уничтожить аналогичные объекты в регионе. Повреждение плотин или водной инфраструктуры внутри Ирана может иметь катастрофические последствия, а нехватка воды неизбежно ударит по энергетическому сектору, вынуждая электростанции снижать выработку или закрываться.