«Я фанатка акций. Покупаю тунца по дешевке в одном супермаркете, а мясо — в другом»

Что делать с минусом на счету, сколько платить за квартиру и какую мечту удалось осуществить в тени войны? Люди со всей страны откровенно рассказывают о самой жизни, до и в тени войны. На этот раз: семья Цуриали из Тель-Авива. На фото: Май (36 лет), Асаф (40 лет) и собака Нана. Квартира: 3 комнаты, аренда. Платят 6700 шекелей. Живут в квартире уже 4 года.

Тель-Авив?

Май: «Я выросла на улице Шенкин, и мой отец до сих пор там, в общине ультраортодоксов. Он стал религиозным и остался в Тель-Авиве. Это огромная община прямо в центре города. Я помню, когда мы переехали в этот район, он уже носил вязаную кипу и искал себя, а в итоге нашел там то, что искал. Моя мама была в Каркуре, а сейчас уже 12 лет живет в Таиланде, на Ко Пангане. А мы с Асафом здесь, потому что любим этот город».

Как вы познакомились?

Асаф: «В пиццерии. Это ресторан на улице Бограшов. Я был поваром, а Май — официанткой».

Май: «Я как раз демобилизовалась и искала работу, а через 4 месяца мы начали встречаться. Сначала это было секретом, мы прятались на складе, чтобы никто не увидел. Я боялась, что если узнают или если у нас ничего не выйдет, мне придется уволиться. Так что стоило вложиться в отношения. 6 лет спустя, в медовый месяц, мы впервые полетели вместе. Мы не ездили в путешествие после армии и решили поехать в США на несколько недель, и вдруг поняли, как весело и освобождающе путешествовать, и когда вернулись, решили копить на большую поездку в Индию».

Копить?

Май: «Трудно копить, когда живешь в городе. Поэтому полтора года мы не ходили в рестораны и сократили расходы до минимума».

Асаф: «Это было так: «Может, сходим поесть?», а она говорит: «Это еще два дня в Индии» — и мы оставались дома. Каждая вещь, которую ты хочешь сделать и потратить деньги — это еще один день в большом путешествии. В то время Май получала степень по преподаванию английского, поэтому она не так много работала, и я, по сути, содержал нас. Я был шефом в пиццерии. Начинал как младший повар и продвинулся».

Шеф?

Асаф: «Я вырос в кибуце Реим, и после армии решил, что хочу работать на кухнях, а Тель-Авив — это то самое место. Я сделал большой шаг, выйдя из «пузыря» кибуца, и нашел квартиру с соседями на Дизенгоф. Все началось с сэндвичей в кафе, а оттуда — к пицце. Параллельно я пошел учиться в «Бишулим», но на кухне в конечном итоге учишься руками в процессе работы. Спустя немало лет я решил, что хватит, что хочу нормальную работу для взрослых с восьми до пяти. И пошел в столяры. Три года».

Столяр?

Май: «Я по части «заказов» (манифестации), и он четко сформулировал то, что хотел, и заказал это. Он сказал, что хочет работать 4 дня в неделю, в нормальные часы, руками и с хорошими людьми, и работа пришла».

Асаф: «Это была столярная мастерская художника, который делает вещи для школьных дворов. Стенки для скалолазания, скамейки, столы. Мне это нравилось, но когда я видел, как работают другие ребята, и их страсть, я понял, что у меня этого нет. Они вкладывались в отделку, чтобы все выглядело идеально, а я говорил: «Это же для школы, к чему такие вложения?». Мне говорили: «Ты должен гордиться этим, дети потом залезают на это и играют», а я этого не чувствовал. И когда я спросил себя, где моя страсть — это вернуло меня обратно к тесту. Сегодня я работаю в пиццерии под названием «Бруклин», в нише, которая мне подходит. Утренние смены, четыре дня в неделю, без пятницы и субботы».

Май: «По сути, мы поняли, что не хотим сейчас тяжело работать, чтобы потом что-то иметь».

Работа?

Май: «Мы здесь не для того, чтобы жить в погоне. Хотим работать сейчас ради «сейчас». Что толку, если он будет работать каждый день с утра до вечера, и мы будем приходить с высунутыми языками и видеть друг друга только по выходным? Нужно жить сейчас, пока у нас есть силы и энергия, и мы можем».

Как вы это финансируете?

Асаф: «Поскольку нас только двое, мы справляемся и даже умудряемся откладывать».

Май: «Пойми, это один из самых дорогих районов города. Я гуляю с собакой, и тут везде круассаны по 25 шекелей. У нас дома есть кофемашина, и я не покупаю кофе снаружи. Если я хочу посидеть где-то с подругой, я это просчитываю».

Асаф: «Зачем сидеть снаружи, если это так дорого? Мы приглашаем людей к себе. Мы любим принимать гостей, я готовлю, и дома лучше всего. Мы экономим на этих безумных расходах».

Май: «Деньги я трачу на одежду или курсы, которые мне важны, в основном в сфере актерского мастерства».

Минус?

Асаф: «Я буду голодать, прежде чем залезу в минус. Мы умудряемся откладывать 3000 шекелей в месяц. Я не куплю что-то, если у меня нет денег».

Май: «Я фанатка поиска акций в интернете, не знаю, скупость это или бережливость, но я не позволю выставить себя дурой. Если нужно, я разделяю покупки и покупаю тунца по дешевке в одном супермаркете, а мясо — в другом. Я также «заказываю» себе вещи со скамеек на улице. Это Тель-Авив, и люди оставляют кучу вещей на скамейках. У нас есть пылесос Dyson, который я нашла внизу, нужно было только заменить батарею».

Чем ты занимаешься?

Май: «Я преподаю английский, в основном через Zoom для людей со всей страны, и параллельно играю в детских спектаклях — там полно работы. Я преподаю английский ради заработка, но хочу в основном играть. Преимущество преподавания через Zoom в том, что я могу продолжать работать, даже когда мы едем навещать мою семью в Таиланде».

Таиланд?

Асаф: «Это как поехать к родителям в кибуц. Ты приезжаешь повидать семью, а между делом ты в Таиланде, ходишь на массаж и пьешь манговый шейк на пляже».

Май: «Мечта моей мамы — чтобы я приехала жить к ним, но что я буду там делать? Не знаю, может, это еще случится».

Асаф: «Мы еще не нашли место, где я бы сказал: «Вот здесь я хочу жить». Ситуация в Израиле давит на меня очень сильно: раскол, ситуация с безопасностью, экономика, здесь все время стресс».

Ваш досуг?

Май: «Спектакли, стендап, закаты на берегу моря».

Асаф: «Рестораны по особым случаям».