Как 1000-страничный документ планирования превратился в пустую оболочку
Правительственные планы работы, призванные служить инструментом контроля и мониторинга, превратились в инструмент манипуляции. Вместо отслеживания прогресса министерства ежегодно меняют ключевые показатели, подстраивая их под политическую конъюнктуру.
Пророк Исайя проповедовал Вавилонскому царству: «Мудрость твоя и знание твое — они сбили тебя с пути, и ты говорила в сердце твоем: я, и нет другого, кроме меня». Иногда именно изощренность и казуистика становятся препятствиями на пути к успеху нации. Порой великая мудрость превращается в разрушительное озорство, а интеллект используется для хитроумной и нарциссической способности оправдывать любую неудачу. Так, к примеру, министр финансов Бецалель Смотрич может оглядываясь назад определить 7 октября как «тактический провал», а премьер-министр Биньямин Нетаниягу — описывать все системы последних лет как «полную победу».
Один из способов преодолеть эти ухищрения — наличие заранее определенных планов работы и систематический мониторинг их выполнения. Если у нас есть заранее определенный план, можно увидеть, что именно мы наметили в начале пути и к чему пришли сейчас. Отсюда вытекает принципиальная важность опубликованного вчера объемного документа: «Основные положения планов работы правительства». Однако между принципами и исполнением существует огромная дистанция.
На самом деле книга «Планов работы правительства» превратилась в упражнение по бюрократической акробатике, в котором каждое министерство ежегодно заново определяет свои цели, стремясь показать улучшение показателей. В самом отчете нет раздела, отслеживающего выполнение задач, определенных в предыдущем году. В отделе государственного планирования заявляют, что такой отчет о мониторинге должен существовать, но он публикуется фрагментарно: на веб-сайте можно найти отчеты только за 2023, 2018 и 2017 годы, и они насчитывают около 12 страниц по сравнению с примерно 1000 страниц в плановых отчетах.
Цель формируется в соответствии с политической необходимостью
Тем не менее из отчета можно извлечь определенные смыслы. Один из способов — проанализировать вступительные слова министров и цели, которые они поставили перед своими ведомствами. Более надежный метод — сравнить отчет этого года с документами предыдущих лет, чтобы увидеть, как задачи переформулируются в соответствии с неудачами и политическими потребностями.
Начнем с небольшого примера. В планах на 2022, 2024 и 2025 годы министерство обороны устанавливало цели по призыву ультраортодоксов в ЦАХАЛ. В 2025 году появилась задача привлечь 2640 ультраортодоксов к подготовительным мероприятиям. Однако в плане на 2026 год министерство обороны больше вообще не занимается этим вопросом. Призыв ультраортодоксов был передан министерству науки, которое будет работать над «подготовкой 100 новых студентов-ультраортодоксов в области ИИ для размещения в разведывательных организациях», министерству труда, которое профинансирует обучение 700 человек для программы «Кодкод» в технологических подразделениях ЦАХАЛ, и министерству национальной безопасности, которое будет призывать ультраортодоксов в полицию. Министерство обороны вышло из кадра — потому что он перестал быть лестным.
Министерство национальной безопасности, в свою очередь, исключило из списка ключевых показателей индекс «уровень раскрываемости преступлений в арабском секторе», который фигурировал в последние годы. Вместо него выбраны четыре других показателя: общее количество новобранцев в структурах министерства, количество лицензий на огнестрельное оружие, объем территории, освобожденной в рамках борьбы с захватами земель, и количество созданных подразделений муниципальной полиции. Иными словами: сначала ищут, в чем преуспели, и только потом решают, какими будут показатели.
Куда исчезла цель снижения отношения долга к ВВП?
Вернемся к министру финансов Бецалелю Смотричу. Вчера вечером он стал темой дня после высказывания о том, что «сидеть с Мансуром Аббасом хуже, чем 7 октября». Смотрич продемонстрировал, насколько креативен человеческий разум, когда дело доходит до «измерения и оценки». Способ справиться с этим — вернуться к прошлым заявлениям самого министра: как после 7 октября он понимал, что у правительства нет легитимности продолжать работу, и как он пытался осознать масштаб ответственности.
Так же обстоят дела и в экономической политике. В плане работы на 2023 год Смотрич начал свою речь словами: «Точно в соответствии с обязательным графиком министерство финансов выполнило свою первую и самую важную задачу — принятие бюджета». В последующие годы он уже не упоминал вопрос «соблюдения графика», а наоборот: в конце 2025 года утверждал, что «продолжающийся бюджет — это не страшно».
Другой пример: в плане на 2025 год Смотрич хвастался «ответственным бюджетом, в центре которого меры по консолидации для стабилизации отношения долга к ВВП и его последующего снижения». В соответствии с этим показатель «сохранение стабильного отношения долга к ВВП» вошел в список ключевых — хотя уже тогда формулировка была неверной, и следовало говорить о снижении долга. Однако в плане на 2026 год, опубликованном вчера, Смотрич уже не упоминает принятый им бюджет, и цель снижения отношения долга к ВВП исчезла из списка ключевых показателей.
Что же можно найти? Министерство финансов в этом году ставит в качестве ключевого показателя «реальный рост ВВП на душу населения» и отмечает, что показатель находится в тенденции роста. Этот индикатор не фигурировал в планах на 2024 и 2025 годы, когда реальный рост на душу населения снижался. Опять же, так поступает не только министерство финансов, но в нынешнем правительстве это особенно заметно.
Если бы планы работы были серьезными, ими можно было бы воспользоваться для восстановления страны после войн. Но вместо того чтобы быть стабильным маяком, они стали выражением правительственного хаоса. Это хорошо иллюстрируется предисловиями премьер-министра Нетаниягу. В 2023 году, до 7 октября, Нетаниягу определил документ как «отражающий основные направления деятельности правительства по повышению качества жизни в Израиле». Как известно, это правительство отбросило граждан назад почти по всем заявленным целям.
После этого Нетаниягу должен был признать, что правительство сбилось с курса из-за войны. В 2024 году он пишет, что книга отражает «горизонт безопасности, политического успеха, экономической устойчивости и социальной сплоченности». В 2025 году он идет по той же линии, но отказывается от упоминания горизонта и признает, что «вызовы времени обязывают нас сосредоточить усилия на достижении целей войны». Здесь он расширяет их до туманной цели «обеспечения безопасности Израиля на поколения вперед» — формулировка, позволяющая уклониться от вызовов реальности.
Альтернативная реальность в показателях
В книге планов работы, вышедшей вчера, Нетаниягу задает уже совсем другой тон. Он заранее нейтрализует любую возможность критики гражданской ситуации и заявляет: «Мы находимся в разгаре исторического периода для Государства Израиль, у которого одна цель — обеспечить безопасность Израиля на поколения вперед». В 2026 году Нетаниягу уже вообще не упоминает рост или стоимость жизни. Повышение качества жизни полностью вытеснено «исторической войной». Как он подытоживает: «Вместе мы обеспечим, чтобы прочная социальная и экономическая мозаика позволила нам стойко противостоять любому вызову».
Общество и экономика мобилизуются на нужды войны и правительства. Правительство забыло даже о долгосрочном горизонте, который должны были очерчивать планы работы. И кстати, для тех, кто спрашивает, на чем основывается Нетаниягу в утверждении, что социальная мозаика в Израиле прочна, вот возможный ответ: вероятно, он просто дошел до 400-й страницы, где сотрудники министерства образования обнаружили, что в 2025/26 учебном году зафиксирован рост «доли учащихся, придерживающихся позитивных мнений и чувств по отношению к различным группам, что позволяет вести совместную жизнь в израильском обществе».
Это учит нас: для любого желаемого результата можно найти данные, и тот, кто упорствует в игнорировании реальности, всегда сумеет отыскать показатель, поддерживающий альтернативную реальность.
В заключение, для того чтобы институт «книг планов работы» был ценным, в него необходимо внести изменения. Во-первых, отчет должен публиковаться с учетом выполнения целей за прошедший год. Во-вторых, ключевые показатели министерств должны быть постоянными, а не меняться ежегодно. В-третьих, показатели должны устанавливаться публично и прозрачно, с информированием Кнессета и общественности, возможно, даже с проведением слушаний. Все эти изменения не произойдут без сильного и профессионального генерального директора министерства главы правительства, который пользуется авторитетом в других ведомствах.
