Контрабанда в Газу: разногласия между прокуратурами создают неравенство для обвиняемых
Государственный прокурор Амит Айсман настаивает на квалификации контрабанды как «пособничества врагу во время войны», что грозит пожизненным заключением. В то же время главный военный прокурор бригадный генерал Итай Офир предъявляет военнослужащим по тем же делам более мягкие обвинения, предусматривающие до десяти лет лишения свободы.
Та же история с контрабандой. Те же участники. Но совершенно иная статья обвинения, а вместе с ней — драматический разрыв в возможном наказании. В то время как один из фигурантов обвиняется в пособничестве врагу во время войны, максимальное наказание за которое — пожизненное заключение и даже смертная казнь, офицеры, предоставлявшие информацию и координировавшие контрабанду, обвиняются в правонарушении, максимальное наказание за которое составляет всего десять лет лишения свободы.
Юридический спор между государственным прокурором и главным военным прокурором вскрывается и приводит к тому, что обвиняемые, замешанные в одних и тех же делах, сталкиваются с совершенно разной мерой ответственности. Изданию «Ле-йом» стало известно, что они обсуждали этот вопрос между собой, но, тем не менее, решили подавать обвинительные заключения по разным статьям.
Из обвинительных заключений, поданных в минувшие выходные, следует, что Насер Мустафа, житель Рахата, переправлял коробки с товарами в Газу. Подполковник Дж., кадровый офицер, предоставлял ему секретную оперативную информацию из оценок ситуации дивизии Газа, чтобы подгадать время контрабанды к дням, когда вероятность быть пойманным низка, например, в дни ротации на линии, удалял переписку и прочее.
Майор Э., офицер резерва, координировал водителей, назначал время въезда и давал инструкции, как передать товар, не вызывая подозрений. В ходе шести систематических актов контрабанды Мустафа и майор Э. разделили между собой около 850 тысяч шекелей, при этом подполковник Дж., согласно утверждениям, получил 132 тысячи шекелей в качестве взятки.
Разногласия между правоохранительными системами
Обвинительное заключение против Мустафы было подано в окружной суд Беэр-Шевы, и ему инкриминировали пособничество врагу во время войны согласно Уголовному кодексу. В то же время в военный трибунал были поданы обвинительные заключения против двух офицеров, но им инкриминировали помощь врагу согласно Закону о военном судопроизводстве, максимальное наказание по которому составляет всего десять лет лишения свободы.
Этот разрыв отражает спор между двумя правоохранительными системами. Государственный прокурор Амит Айсман установил политику, согласно которой всем обвиняемым по делам о контрабанде товаров (а их десятки) следует инкриминировать самое тяжкое преступление — пособничество врагу во время войны. С другой стороны, главный военный прокурор бригадный генерал Итай Офир предпочел инкриминировать военнослужащим, вовлеченным в дело и обвиняемым в военном трибунале, более легкое правонарушение. У главного военного прокурора была возможность инкриминировать более тяжкую статью, но он предпочел этого не делать.
В БАГАЦе выражают сомнения
Сам Айсман подвергся критике за применение этой статьи в качестве прецедента для дел такого типа. Даже источники внутри прокуратуры полагали, что в аналогичных случаях контрабанды обвиняемые осуждались за менее тяжкие преступления, так как речь идет о статье, которая до сих пор использовалась для явных случаев перехода на сторону врага, а не для действий, мотивированных жаждой наживы.
В Верховном суде также были высказаны оговорки по поводу расширения применения этой статьи. Судья Канфи-Штайниц отметила в одном из дел о контрабанде, что попытка инкриминировать это преступление за контрабанду товаров является значительным шагом за пределы известных границ данного правонарушения, и что существует значительная дистанция между судебной практикой, на которую опирается прокуратура, и делами о контрабанде.
Однако теперь мы раскрываем, что различия существуют не только между гражданскими лицами и военными, но и между самими военными. Так, например, было решено, что обвинительное заключение против Бецалеля Зини, брата главы Шабак, наряду с другим обвиняемым Авиэлем Бен-Давидом и другими резервистами, будет подано в гражданскую судебную систему в окружной суд Беэр-Шевы — несмотря на то, что речь идет о резервистах и в той же мере можно было вести разбирательство в их отношении в военном трибунале. В соответствии с политикой Айсмана, им было инкриминировано тяжкое преступление — пособничество врагу во время войны.
С другой стороны, в обвинительном заключении, поданном в минувшие выходные в военный трибунал, фигурирует и майор Э., который также служит в резерве, а не на кадровой службе. В его отношении было решено предать его суду в военном трибунале, а не в гражданском суде, при этом до сих пор не было дано четкого объяснения этому решению.
Разные пути судебного преследования
Таким образом, резервисты, замешанные в подобных делах и при схожих фактических обстоятельствах, оказываются на разных путях судебного преследования. Решение о месте суда и личности обвиняющего органа, как выясняется здесь, приобретает в такой ситуации решающее значение. В соответствии с политикой главного военного прокурора, майору Э. было инкриминировано лишь пособничество врагу, максимальное наказание за которое составляет десять лет лишения свободы. Напротив, другие резервисты, представшие перед гражданским судом, были обвинены в пособничестве врагу во время войны, за которое, напомним, законодатель установил максимальное наказание в виде пожизненного заключения или смерти.
В такой ситуации решение о том, предстанет ли резервист перед гражданским судом или военным трибуналом, фактически определяет меру ответственности. Так создается ситуация, при которой резервисты, замешанные в одних и тех же делах, сталкиваются с совершенно разным риском наказания, не в зависимости от тяжести деяний, а в зависимости от обвиняющего органа и места суда. Удовлетворительного ответа на вопрос, почему было принято такое решение, до сих пор не дано.
Реакция представителя ЦАХАЛ: «В пятницу в военный трибунал были поданы серьезные обвинительные заключения против подполковника кадровой службы и майора резерва в связи с рядом тяжких деяний, совершенных ими. В обвинительных заключениях, поданных против офицеров, им инкриминировались различные тяжкие преступления, включая правонарушения, применимые к государственным служащим, а также серьезное преступление в сфере безопасности, касающееся „помощи врагу“ согласно статье 44 Закона о военном судопроизводстве, которая соответствует обстоятельствам деяний, являющихся предметом обвинительного заключения». Судебная и правоохранительная системы в ЦАХАЛ крайне серьезно относятся к актам контрабанды в сектор Газа, которые могут помочь Хамас снова усилиться, нанося ущерб безопасности государства и его граждан.
Со стороны государственного прокурора ответа не последовало.
