Кто возьмет на себя ответственность за израильский футбол?
Несмотря на взрывоопасную обстановку, чемпионат мира прошел успешно, в то время как израильский футбол продолжает страдать от кризиса доверия между болельщиками, полицией и системой. Кто займется решением этих проблем накануне нового сезона?
Когда через месяц мы будем сидеть на стадионе «Мирьям» в Нетании, наши глаза по привычке будут искать Джанни Инфантино. Президент ФИФА казался вездесущим: ходили легенды, что он одновременно находится в Мехико, Торонто и Нью-Джерси. Помимо опасений, что его перелеты опустошили казну ФИФА, возникало стойкое ощущение, что у футбола есть хозяин, который следит за порядком. 104 матча чемпионата мира в крайне политизированные и взрывоопасные дни, на фоне войн и фигуры Дональда Трампа, прошли благополучно.
В Израиле ситуация иная: в прошлом сезоне полиция отказывалась брать на себя ответственность за тель-авивское дерби, а ранее сорвала второй тайм матча «Маккаби» Хайфа против «Маккаби» Тель-Авив. Накануне открытия сезона возникает закономерный вопрос: кто будет присматривать за нашим футболом? Кто возьмет на себя роль ответственного, когда вновь начнется хаос — файеры, оскорбительные плакаты и полицейские, снимающие с болельщиков футболки, которые кажутся им неподобающими? Что предприняли «капитаны» нашего футбола этим летом, чтобы вернуть доверие?
На последнем заседании комиссии по предотвращению насилия в спорте Шай Голуб, представитель общественности, описал глубокий кризис доверия к системе и предложил проекты по сближению с болельщиками:
«Нельзя полагаться только на меры принуждения. Нужно укреплять позитивные инициативы, как это делают во всем мире. В предыдущих комиссиях основное внимание уделяли металлоискателям, охране и системам распознавания лиц. Нынешняя комиссия фокусируется на другом, но процессы идут медленно и пока не принесли результатов».
Голуб предлагает конкретные шаги: эффективную работу офицеров связи от клубов, поощрение позитивных инициатив фанатских организаций, антинасильственные кампании с участием игроков и, главное, координацию всех этих усилий. Революции от Министерства культуры и спорта ждать не приходится, да и от остальных футбольных функционеров мы не слышали о запуске флагманских программ. А ведь время до начала сезона еще есть.
Линия Аргентина — Марморек
По мере продвижения чемпионата мира успехи сборной Аргентины на газоне все больше отдалялись от рационального, превращаясь в финале в нечто метафизическое. Казалось, что святые сущности ведут команду: Марадона наносит удар через себя наверху, Месси завершает пяткой внизу, и свершается небесная справедливость. Это было прекрасно, пока не столкнулось с реальностью в лице сборной Испании, не позволившей сопернику даже перейти центр поля.
Душа болельщика — удивительная вещь. Фанаты Аргентины, пересекающие океаны ради своей мистической веры, не сильно отличаются от болельщика «Марморека», который сбегает из больницы со стойкой для капельницы, чтобы посмотреть матч Лиги А. У обоих один механизм: боление — это идентичность, верность, религия. Разница лишь в том, что болельщик Аргентины видит еще и футбол.
Документальный фильм «Последнее дерби», посвященный соперничеству «Маккаби» Шаараим и «Марморека», дает еще один ракурс на это безумие. Режиссер Даниэль Гад задокументировал жизнь двух йеменских кварталов, погруженных в футбол. Когда мэрия Реховота предложила им новое поле, бюджеты и объединение команд, один из болельщиков ответил: «Пффф, это как есть чипсы с творогом». Попробуйте предложить болельщикам Аргентины объединиться с Бразилией — реакция будет такой же.
