Израильский хайтек: далеко от статуса «нации стартапов»
Израильский хайтек переживает трансформацию: предприниматели чаще открывают компании в США, а зависимость от иностранного капитала растет. Ноам Канти из EY отмечает, что отрасль стала сложной экосистемой, требующей адаптации к новым вызовам.
Израильский хайтек находится в поворотной точке. Продолжают заключаться гигантские сделки, киберкомпании растут головокружительными темпами, и со стороны кажется, что израильская машина всё ещё сильна и функционирует. Однако под поверхностью происходят глубокие изменения: предприниматели создают компании напрямую в США, стоимость местных трудовых ресурсов растет по отношению к иностранной валюте, а искусственный интеллект (ИИ) начинает заново перестраивать принципы построения технологических компаний последних десятилетий.
«Израильский хайтек сегодня — это сложная структура, он далек от того, чтобы быть просто «нацией стартапов»», — говорит Ноам Канти, со-генеральный директор EY Израиль, в эпизоде подкаста «Поезд инвестиций» (Rakevet HaHashkaot) в беседе с Даном Качановским, генеральным директором и владельцем Scala. Фирма EY сопровождает около 80% рынка хайтека в Израиле, что дает Канти редкий угол обзора на индустрию.
Рынок, который повзрослел
По словам Канти, за последнее десятилетие израильский хайтек претерпел существенные изменения. «Если до 10 лет назад на израильский рынок поступало от 2 до 3 миллиардов долларов в год в виде частных инвестиций, то в последние годы эта цифра колеблется в районе 16–18 миллиардов долларов», — объясняет он. Рынок больше не состоит только из молодых стартапов, а включает целые слои компаний на разных стадиях роста — от частных фирм с доходом более 100 миллионов долларов до публичных корпораций.
Этот рост создает вызов. Венчурные фонды работают с учетом срока окупаемости и должны возвращать средства институциональным инвесторам через продажу или IPO. Количество зрелых компаний растет, но рынок IPO не всегда поспевает за этим темпом.
Кто финансирует хайтек?
Один из удивительных моментов, который отмечает Канти, касается источников финансирования. По его словам, более 80–90 процентов капитала — это иностранные деньги. Участие израильских институциональных органов ограничено, в то время как подавляющая часть капитала поступает из-за границы, преимущественно из США. «Это 70–80 процентов американских денег. Зависимость израильского хайтека от США огромна», — добавляет Канти. Американский рынок велик и открыт для технологических изменений, что делает его естественной целью для израильских компаний.
Революция ИИ и риски
Канти, который в 1997 году работал в Кремниевой долине, видит в ИИ следующую великую технологическую революцию, но предупреждает о рисках. «Вполне может быть, что мы находимся в «пузыре ИИ»», — говорит он, напоминая о крахе «доткомов» в 2000 году. ИИ уже меняет рабочие процессы, помогая анализировать объемы информации и заменяя часть ролей в аналитике данных. Вместе с тем, Канти подчеркивает, что технология не заменяет человеческое понимание бизнеса.
Помимо ИИ, Канти указывает на обменный курс как на угрозу конкурентоспособности. Укрепление шекеля по отношению к доллару удорожает стоимость местных трудовых ресурсов, что влияет на решения транснациональных компаний о размещении центров разработки. «Ущерб от обменного курса огромен», — резюмирует он, напоминая, что хайтек обеспечивает около 40 процентов налоговых поступлений в Израиле.
