Ворота в ад: отчаянное путешествие мигрантов в анклав, меняющий облик Европы
За последнюю неделю десятки тысяч мигрантов пересекли границу из Марокко в Сеуту, испанский анклав в Северной Африке. От Йемена и Судана до Шхема — люди пытаются добраться до континента любыми способами, вплавь преодолевая километры или карабкаясь на заборы. Это взгляд на реальность в точке встречи Африки и Европы, где родители отправляют детей в воду в одиночку, надеясь обеспечить семье будущее.

Уже несколько месяцев мировое внимание сосредоточено на Египте и международных судоходных путях, от Ормузского пролива до Баб-эль-Мандебского. Однако то, что занимает Европу в последние дни, — это совсем другой пролив, Гибралтар. На этот раз речь идет не о товарах, нефти или интересах великих держав, а о людях — тех, кто видит в этой точке встречи выход из ада и единственные ворота в нормальную жизнь.
Мы прибыли в Сеуту на пароме и сразу сели на лодку, чтобы увидеть вблизи, где все началось. Наш гид — Элиас, израильтянин, который живет здесь уже 35 лет и знает каждый камень на побережье. Вместе со своим другом Начо он пытается объяснить нам безумную реальность, происходящую прямо под носом у туристов.
Уже в начале плавания мы получаем первый взгляд на драму. Среди скал и утесов можно заметить прячущиеся фигуры. «Все здесь — мигранты, которые скрываются», — объясняет Элиас, указывая на входы в пещеры и заросли растений. Они боятся местной полиции, боятся, что их вернут в Марокко. На берегу сидит группа молодых людей, которые устроили себе подобие импровизированной парикмахерской среди камней, пытаясь сохранить человеческий облик, даже когда они спят под открытым небом.
«Мы прибыли из Марокко в прошлый четверг, — рассказывает один из них, пока его друг стрижет ему волосы. — Мы пересекли границу вплавь. Мы не хотим оставаться в Марокко, да и в Сеуте тоже, цель — добраться вглубь Европы. 12 километров риска между жизнью и смертью». История этих мигрантов — это история глубокого отчаяния. «В Марокко у нас нет прав, нет медицинских услуг и нет образования. У нас там ничего нет», — говорит марокканский юноша с болью. Когда мы спрашиваем, что будет, если их депортируют, его ответ решителен: «Мы еще вернемся. Это проще всего на свете — вернуться сюда вплавь через море. Мы просто требуем прав». За мгновение до того, как мы прощаемся, один из них внезапно поднимает флаг Палестины и кричит: «Свободу Палестине». Элиас шепчет нам немедленно: не говорите им, что вы из Израиля, не стоит.
Проблема мигрантов в Европе, та, что сотрясает правительства и будоражит консервативные правые силы на континенте, стекается в одно маленькое «бутылочное горлышко». Речь идет о физической границе между Марокко и Испанией в анклаве Сеута. Слева находится Марокко, справа — Испания, а между ними — забор и водный канал. Только на прошлой неделе сюда прибыли десятки тысяч людей. Согласно данным испанских властей, более 70 тысяч человек пытались пересечь границу одной волной. Некоторые плыли с марокканской стороны на испанскую, другие карабкались через заборы. Этот поток захлестнул Испанию и оставил власти беспомощными.
«В четверг был массовый прорыв, — рассказывает нам другой мигрант, которого мы встретили на берегу. — Это не было запланировано. Мы просто услышали слухи и сообщения в WhatsApp, которые распространялись по телефонам, что граница с Сеутой прорвана. Как только мы услышали это, мы побежали. Мы хотели изменить свою жизнь». Он описывает изнурительное путешествие: «Я проплыл вплавь. Это примерно 12 или 13 километров в открытом море. Это путешествие требует тяжелой кровавой цены». В Марокко сообщают о 141 погибшем с обеих сторон границы во время последнего прорыва — люди, которые были раздавлены в толпе или утонули в воде. Даже спустя две недели после события все еще можно увидеть свидетельства, плавающие на воде.
«Конечно, была опасность при плавании, это часть дела, — говорит другой мигрант. — В море всегда есть риск между жизнью и смертью. Одна нога здесь, другая там, пятьдесят на пятьдесят. Но мы возложили свои надежды на Бога и надеялись на лучшее. Смерть мы видим постоянно в Марокко, мы видим смерть, когда мы еще живы. Поэтому, даже когда я сплю здесь на улице в Сеуте, я спокоен».





