Спутница жизни Йони Нетаниягу раскрывает: слово, которое смутило премьер-министра

Брария Шакед-Окон, бывшая спутница жизни покойного командира «Сайерет Маткаль» подполковника Йони Нетаниягу, раскрыла в беседе с журналистом Гаем Пелегом, что стихотворение, написанное ей героем операции «Энтеббе», не было опубликовано по распоряжению канцелярии премьер-министра — по всей видимости, из-за одного слова в тексте.

В подкасте с журналистом Гаем Пелегом из сети подкастов All in Шакед-Окон рассказала, что во время одной из ежегодных церемоний поминовения командир подразделения сообщил ей, что при расчистке складов был найден блокнот Йони. «У Йони всегда был с собой оранжевый кожаный блокнот в левом кармане», — отметила она. Внутри бойцы обнаружили любовное стихотворение, которое Йони написал Брарии в перерывах между военными учениями.

«Ты думаешь, что твой брат не был с женщинами?»

Найденное стихотворение принесли для прочтения в дом родителей. Шакед-Окон рассказывает, что Биньямин Нетаниягу попросил её прочитать написанное вместе. Они вошли в боковую комнату, сели на кровать, и она начала читать текст.

«Это одно из его менее удачных стихотворений, возможно, поэтому он и не дал его мне в то время», — сказала Шакед-Окон, раскрывая строку, которая удивила Нетаниягу:

«И последняя строфа: "Я люблю тебя в постели". Тогда Биби говорит мне: "В постели? Может быть, в штабе (мате)?"».

Спутница жизни Йони рассказала, что поднесла написанное ближе к глазам, чтобы убедиться в точности формулировки: «Я проверила снова и сказала ему: "Нет, это в постели (бе-мита), здесь есть буква йод". Бог помог мне. А потом я повернулась к нему и сказала: "Что, ты думаешь, что твой брат не был с женщинами?"».

Решение канцелярии: цензура или отказ от публикации

Через несколько дней после этой встречи Шакед-Окон получила звонок из канцелярии премьер-министра с вопросом, можно ли опубликовать найденное стихотворение.

«Я сказала да, но в полном виде», — отметила она, однако добавила: «Я знала, что это слово, "в постели", мешает ему. Секретарь перезвонила мне и сказала, что если это с последней строфой — то они решили не публиковать». По словам Шакед-Окон, её ответ был кратким: «Я сказала ей: "Ваш выбор". И это не было опубликовано».

В беседе с Пелегом она зачитала полную строфу, которую, по всей видимости, премьер-министр не хотел публиковать:

«Моя Брария, я много думал о тебе и скучал по тебе, и у меня не доходили руки до письма, потому что условия здесь ниже нуля. Очень жарко, потеем как в парилке, и не хватает воздуха... Я представляю тебя дома, и на море, и в постели, и в компании, смеющейся и наслаждающейся, и, может быть, тоже скучающей. Я приду сегодня поздно ночью, и мы будем вместе, наконец-то».

«Это он не хотел публиковать», — заявила она, задаваясь вопросом: «Потому что что? Потому что это делает его человечным? Потому что это делает его менее воином? Но в этот раз я настояла на своем».