Кресло госконтролера пустует: кто выигрывает от паралича надзорного органа
Спустя месяц после отмены Верховным судом избрания государственного контролера Израиль остается без одного из ключевых стражей демократии. Отсутствие главы ведомства парализует работу по защите обличителей коррупции, проверку деклараций министров и контроль за финансированием партий.
Государственные служащие, разоблачающие коррупцию, семьи, ожидающие ответов о провалах 7 октября, граждане, требующие решения по жалобам на госорганы, и приближающаяся избирательная кампания без полноценного контроля за финансированием партий: спустя месяц после того, как Верховный суд отменил избрание государственного контролера, Израиль функционирует без одного из своих важнейших «стражей демократии». Что же на самом деле парализовано и как общественность платит за это цену?
Напомним: судьи отменили избрание адвоката Михаэля Равило на должность контролера, установив, что фиксация тайного голосования депутатами Кнессета нарушила принцип тайны выборов. Суд распорядился провести повторное голосование, однако спикер Кнессета и представители коалиции отказываются это делать. Сам Равило заявил, что не вступит в должность, если это будет означать нарушение постановления Верховного суда. В результате возник беспрецедентный вакуум во главе одного из важнейших контрольных институтов страны.
Персональные полномочия
Речь идет не просто об институциональном кризисе, а о ситуации, затрагивающей каждого гражданина. Государственный контролер — это орган, уполномоченный защищать обличителей коррупции, передавать подозрения в совершении уголовных преступлений юридическому советнику правительства, принимать решения по жалобам общественности и публиковать отчеты, влияющие на работу министерств, местных властей, ЦАХАЛа и госкомпаний.
В отличие от других ведомств, закон наделяет большинство этих полномочий лично контролера, а не офис как институт. Это означает, что даже при штатной работе сотрудников, многие функции не могут быть реализованы без действующего главы.
«Важно понимать, что государственный контролер — это не просто руководитель офиса, — объясняет профессор Йорам Рабин, бывший юридический советник госконтролера. — Это конституционный институт, чья функция доверена конкретному человеку. Когда нет действующего контролера, речь идет не только о пустом кресле, но и о реальном управленческом вакууме».
По его словам, невозможно утвердить и подписать новые отчеты, опубликовать их для Кнессета, начать новые проверки или реализовать личные статутные полномочия, такие как выдача охранных ордеров обличителям коррупции.
Проверяемые органы выражают сомнения
Изданию «Исраэль ха-йом» стало известно, что некоторые проверяемые органы начинают выдвигать аргументы о том, что в отсутствие контролера запросы со стороны его офиса являются «неправомочными». Лиора Шимони, бывший заместитель гендиректора в офисе контролера, предупреждает: «Чем дольше длится вакуум, тем больше растет этот риск, и страдает от этого общественность».
Особую тревогу вызывает отсутствие защиты для обличителей коррупции. Адвокат Томер Наор из Движения за качество власти отмечает: «Когда нет государственного контролера, страдает способность защищать их и поощрять раскрытие неправомерных действий — и в конечном итоге пострадавшим является все общество».
Чувствительный период выборов
Приближающаяся избирательная кампания обостряет ситуацию. Контролер следит за финансированием партий, налагает финансовые санкции и лишает финансирования за нарушения. «Это один из самых чувствительных периодов, и именно сейчас нет того, кто уполномочен реализовать часть этих полномочий», — отмечает Шимони.
При этом удивляет молчание вокруг проблемы. Протест практически отсутствует — ни со стороны коалиции, ни со стороны оппозиции. «Может быть, каждому это удобно по своим причинам: есть те, кто не заинтересован в публикации чувствительных отчетов, и те, кто предпочитает подождать до окончания выборов», — добавляет она.
Скорбящие семьи ждут
Наиболее болезненным является отсутствие публикации отчетов о событиях 7 октября. Верховный суд разрешил офису контролера продвигать четыре центральные проверки, включая действия правительства в сфере разъяснительной работы, обращение с гражданскими лицами в ходе событий 7 октября, подготовку безопасности вечеринки «Нова» и оборону поселений Юга. Однако даже при завершении проверок опубликовать их без действующего контролера невозможно.
За задержкой стоят сотни скорбящих семей, ожидающих ответов почти три года. Кроме того, парализована комиссия по разрешениям для министров и проверка их деклараций об имуществе.
Для профессора Рабина история гораздо шире: «Государственный контролер — один из центральных стражей демократии Израиля. Когда один из них действует долгое время без того, кто уполномочен реализовать его полномочия, страдает способность контрольного института выполнять свое предназначение, и страдает также общественный посыл о том, что органы власти находятся под эффективным и непрерывным контролем».
