Дешевый рай для релокации, ставший кошмаром: потрясения, которые переживает европейская страна — «Колесики чемоданов сводят с ума»

В последние годы Португалия стала все более знакомым направлением и для израильтян. Часть из них прибыла туда благодаря возможности получить европейский паспорт, другие искали место для релокации, инвестиций в недвижимость или просто более спокойный и доступный образ жизни.

Лиссабон, Порту, Кашкайш и Алгарве стали известными точками для израильских инвесторов в недвижимость, что является частью гораздо более широкого потока иностранцев в Португалию. Приток иностранного капитала влил средства в местную экономику, однако это привело к резкому росту цен на жилье и растущему чувству истощения среди части местных жителей.

Чтобы понять, что произошло с португальским рынком жилья и как выглядит наплыв иностранцев глазами местных жителей, мы побеседовали с доктором Луишем Мендешем, географом и исследователем из Лиссабонского университета, который более двух десятилетий изучает вопросы джентрификации, жилищной политики и городских изменений.

«Если смотреть на израильтян в Португалии, важно прежде всего соотнести цифры с реальностью», — говорит Мендеш в беседе с «Маарив». — «Согласно официальным данным за 2024 год, речь идет всего о 1600 израильтянах из примерно 1,5 миллиона иностранцев, проживающих в стране. Это примерно одна десятая процента от общего числа иностранцев в Португалии».

«С октября 2023 года мы действительно видим больший интерес со стороны израильтян, которые ищут второй дом или переезд в Португалию. Их привлекают погода, более низкая стоимость жизни и чувство безопасности. Но чтобы понять влияние на рынок жилья, нужно рассматривать израильтян как часть гораздо более широкой волны жителей и иностранных инвесторов, прибывших в Португалию за последние полтора десятилетия».

Экономическая зависимость

Мендеш отмечает, что необходимо учитывать экономическую структуру Португалии. «Мы страна в Южной Европе, а это значит, что мы очень зависим от туризма и недвижимости», — объясняет он. По его словам, после финансового кризиса 2008–2009 годов Португалия все больше опиралась на эти две отрасли для ускорения восстановления.

«Это отрасли, способные очень быстро привести в движение городскую экономику», — говорит он, но добавляет, что у этой зависимости есть цена: она делает экономику более чувствительной к движению иностранного капитала и спросу извне. Хотя в стране есть промышленная база, включая текстильную отрасль и производство оливкового масла, она не является индустриальной экономикой в том смысле, в котором таковыми являются Германия или Франция.

От Лиссабона к пригородам: волна подорожания

Спрос со стороны иностранцев на квартиры значительно вырос, особенно в Лиссабоне, Порту и Алгарве. Мендеш подчеркивает, что неверно утверждать, будто только иностранцы движут рынком, но в некоторых районах они стали ключевым игроком.

«Есть места, где почти половина сделок связана с иностранными покупателями», — говорит он, особенно с представителями среднего и высшего класса, которые приобретают недвижимость, даже не проживая в ней постоянно. Цены на квартиры в Лиссабоне более чем удвоились за десятилетие, а в некоторых пригородах они даже утроились.

«Это как бросить камень в озеро», — описывает Мендеш. — «Инвестиции и иностранный спрос входят прежде всего в востребованные районы центра города, толкая цены вверх. Затем создаются волны, которые распространяются наружу: люди, которые больше не могут позволить себе жить в центре, ищут более дешевые альтернативы, спрос переходит в кварталы и пригороды, и цены там тоже начинают расти».

«Не джентрификация, а супер-джентрификация»

С точки зрения Мендеша, то, что произошло в Лиссабоне, — это глубокий процесс «супер-джентрификации». Речь идет о ситуации, когда даже кварталы, которые уже прошли джентрификацию и стали состоятельными, теперь привлекают еще более богатых владельцев капитала. Изменения не останавливаются на квартирах: маленькие магазины и квартальные предприятия вытесняются кафе, пабами и сувенирными лавками, ориентированными на туристов.

«Мы видим не только джентрификацию жилья, но и джентрификацию торговли», — говорит Мендеш. — «Местные предприятия постепенно исчезают, а на их место приходят те, что больше приспособлены к туристам и новым жителям с высокой покупательной способностью».

«Люди истощены»

Мендеш подчеркивает, что в Лиссабоне еще нет «туристофобии», подобной барселонской, но в исторических кварталах, таких как Алфама и Байрру-Алту, ощущение тяжелее. «Люди устали», — говорит он. — «Они истощены».

Эта усталость переводится в политическую активность. В последнее десятилетие укрепились общественные движения, требующие «права на город» и права на жилье. Мендеш приводит небольшой пример, иллюстрирующий эту усталость: «Просто слышать маленькие колесики чемоданов на португальской кальсаде может свести людей с ума. Они живут с этим 24 часа в сутки, семь дней в неделю».

Что касается израильтян, то они, по словам Мендеша, являются лишь малой частью широкой волны относительно состоятельных жителей, прибывающих извне. Для израильтянина с его доходами Португалия может казаться дешевой, но для португальца с местной зарплатой те же цены становятся непосильным бременем.