Лиад Агмон: «При нынешнем курсе шекеля я бы нанимал сотрудников только за границей»
Серийный предприниматель Лиад Агмон заявил, что из-за укрепления шекеля израильские стартапы вынуждены переносить наем разработчиков в другие страны. По его словам, расходы на персонал выросли на 17%, что ставит под угрозу конкурентоспособность израильского хайтека.
«На совещании по вопросам найма, которое состоялось у нас на этой неделе, я попросил искать сотрудников за пределами Израиля, потому что я не хочу и не могу больше платить зарплаты в шекелях», — заявил изданию «Калькалист» Лиад Агмон, серийный предприниматель, партнер венчурного фонда Insight и основатель стартапа Sunny, создающего платформу для эмоционального сопровождения на базе ИИ. Ранее Агмон продал компанию Dynamic Yield корпорации McDonald’s за 300 миллионов долларов.
«Сейчас мы расширяем штат с восьми до 11 сотрудников, но платить израильские зарплаты становится невыгодно. Ожидания по годовому доходу в долларовом эквиваленте в Израиле составляют около 170 тысяч долларов. В Португалии, например, я могу нанять специалиста того же уровня за 100 тысяч долларов в год». До недавнего времени наем разработчиков за рубежом был табу для молодых стартапов, предпочитавших формировать ядро команды из бывших сотрудников подразделений ЦАХАЛ. Однако драматическое укрепление шекеля вынуждает отрасль принимать сложные решения. В 2025 году хайтек обеспечил четверть налоговых поступлений и пятую часть ВВП страны.
«Расходы выросли на 17%»
«Конечно, проще работать с сотрудниками лично, но реальность такова, что у Израиля нет особого преимущества, за исключением, пожалуй, кибербезопасности. При нынешнем курсе шекеля я бы нанимал всех за границей. Израильские работники всегда стоили дорого, но валютный фактор смешивает все карты: если я планировал бюджет по курсу 3,3 шекеля за доллар, то мои расходы при текущем курсе выросли на 17%», — поясняет Агмон. — «Это означает, что я вынужден либо нанимать меньше людей, либо привлекать больше капитала».
Агмон предостерегает от долгосрочных последствий: «Шекель становится барьером и для крупных международных компаний. Начинают говорить о том, что R&D (НИОКР) уходит из страны, но следующий этап — это объем инвестиций, которые не дошли до Израиля из-за валютного курса и политической ситуации. В дальнейшем это может повлиять на экзиты: компании-покупатели, видя структуру расходов и более низкую прибыльность израильских стартапов, будут предлагать меньшую оценку стоимости».
Агмон, вызвавший дискуссию публикацией в сети X, ожидает вмешательства Банка Израиля. «Если доллар вернется выше отметки 3 шекеля, ущерб будет преходящим. Но если ситуация сохранится — это как пытаться утопить человека, не давая ему поднять голову более 10 минут: ущерб станет долгосрочным и, возможно, необратимым», — подчеркивает он.
Ронен Нир, управляющий партнер международного венчурного фонда PSG и исследователь Института Аарона по экономической политике, опасается, что мы столкнулись с «новой нормальностью». «Ранее колебания курса были вызваны геополитикой, но сейчас причины иные: поведение институциональных инвесторов на пенсионном рынке и стремление администрации Дональда Трампа ослабить доллар для сокращения госдолга США», — отмечает эксперт.
Согласно его расчетам, дополнительные расходы хайтека на персонал при укреплении шекеля с исторического среднего уровня 3,53 до 3 шекелей составляют 21 миллиард шекелей. Эта цифра отражает занятость 40 тысяч работников при средней зарплате 30 тысяч шекелей в месяц — это количество рабочих мест, которые могут быть перенесены за рубеж. Данные Института Аарона подтверждают эту тенденцию: впервые в истории индустрии зафиксировано снижение числа разработчиков в Израиле.
«Это огромные цифры, которые затронут все отрасли, кроме разве что уникальных направлений, таких как аппаратное обеспечение или разработка ракет. В конечном итоге это бьет по прибыльности как частных, так и публичных компаний», — говорит Нир.
В хайтеке исторически не любят государственного вмешательства, но масштаб проблемы превосходит возможности индустрии. «Хайтек не взывает о помощи, он справляется доступными инструментами — переводом персонала за границу. Но если сектор важен для государства как двигатель роста, именно правительство должно предотвратить этот исход. Существуют решения: работа с разницей в процентных ставках, сдерживание активности институциональных инвесторов и снижение барьеров на импорт для смягчения избытка экспорта».
В индустрии понимают, что простые решения отсутствуют, так как силы, движущие валютными рынками, огромны. Однако бездействие может привести к равновесию, которое не будет отвечать интересам Государства Израиль.
