«Иран перестал быть фактором»: в мире признают, что Тегеран вне игры
Американская блокада сокращает экспорт нефти из Ирана и ослабляет его прямое влияние на рынок, однако опасения по поводу сбоев в Ормузском проливе продолжают подталкивать вверх цены на нефть и дизельное топливо.
Прямое влияние иранских экспортеров нефти на мировой энергетический рынок постепенно снижается вследствие возобновления американских ограничений на экспорт нефти из Тегерана. Однако снижение иранского экспорта не успокаивает рынки: опасения по поводу ущерба движению танкеров на Ближнем Востоке, и прежде всего в Ормузском проливе, продолжают оказывать повышательное давление на цены на нефть и нефтепродукты.
Боб Макнелли, президент группы «Rapidan Energy», заявил телеканалу CNBC, что возобновление американской блокады экспорта иранской нефти фактически остановило значительную часть поставок из Тегерана. По его словам, в результате этого Иран стал менее значимым фактором в определении мирового предложения нефти. Макнелли особо указал на остров Харг, основной центр экспорта нефти Ирана, через который проходит более 90% поставок нефти страны. По его словам, деятельность на месте больше не ведется в тех объемах, которые характеризовали ее в прошлом. «Иран перестал быть значимым фактором на рынке нефти с точки зрения своего экспорта», — сказал он.
Иранский экспорт снижается — региональный риск остается
Согласно сообщению на сайте «Арам Ньюз», США возобновили ограничения на экспорт иранской нефти после краха переговорного процесса между Вашингтоном и Тегераном и возобновления конфликтов в регионе. Вашингтон на около трех недель ослабил морские ограничения во время переговоров, проходивших в июне и начале июля, но после провала переговоров вернулся к жесткой политике.
Результатом стало значительное сокращение способности Ирана поставлять нефть на мировой рынок. Однако фокус на энергетическом рынке смещается сейчас с одного вопроса — сколько иранской нефти удается вывезти из страны — к более широкому вопросу: насколько кризис может повредить движению нефти и нефтепродуктов во всем регионе. В центре опасений находится Ормузский пролив, один из важнейших в мире судоходных путей для поставок энергии. Любой длительный сбой в движении судов в этом районе может повлиять также на поставки, не связанные напрямую с Ираном.
Brent выше 91 доллара за баррель
По словам Макнелли, цены на фьючерсы на сырую нефть не обязательно полностью отражают геополитический риск и возможность дефицита поставок. По его словам, более острая картина наблюдается именно на рынке нефтепродуктов — и прежде всего дизельного топлива. Он отметил, что рынок стал «немного менее оптимистичным» относительно возможности быстрого и стабильного открытия Ормузского пролива. По мере того как сбои в судоходстве будут продолжаться, возрастает риск того, что давление, которое уже ощущается в ценах на дизельное топливо, в дальнейшем перекинется и на цены на сырую нефть.
Цифры иллюстрируют давление: маржа переработки дизельного топлива в США и Европе поднялась на этой неделе до рекордных уровней. В США маржа впервые пересекла отметку в 100 долларов за баррель, достигнув около 102 долларов в понедельник, а затем немного отступила к 100 долларам. Цена на сырую нефть также продолжает реагировать на напряженность. Цена барреля марки Brent пересекла на этой неделе отметку в 91 доллар на фоне опасений за безопасность судоходных путей на Ближнем Востоке и ослабления надежд на возобновление переговоров между США и Ираном.
Так создается почти парадоксальная ситуация: с одной стороны, сама иранская нефть меньше влияет на мировое предложение, поскольку меньшие ее объемы поступают на рынок. С другой стороны, конфликт вокруг Ирана продолжает оставаться одним из ключевых факторов, повышающих премию за риск в ценах на энергоносители. Поэтому вопрос, который занимает сейчас рынок нефти, — это уже не только то, сколько баррелей способен экспортировать Иран, а то, повредит ли кризис движению нефти и нефтепродуктов на всем Ближнем Востоке.
Если сбои в Ормузском проливе продолжатся, именно цены на дизельное топливо и нефтепродукты могут стать первым признаком реального дефицита — еще до того, как давление проявится в полной мере в цене барреля нефти.
