Ливан готовит масштабную амнистию: от исламистов до бойцов ЦАДАЛ
Ливан продвигает крупнейший законопроект об амнистии со времен гражданской войны, призванный разгрузить переполненные тюрьмы. Инициатива вызывает острые споры: пока парламентские фракции пытаются договориться об освобождении своих сторонников, семьи погибших солдат протестуют против возможного выхода на свободу осужденных террористов.
Самира Бу-Сааб надеялась увидеть исполнение смертного приговора в отношении убийцы своего сына. Однако в ближайшем будущем преступник может выйти на свободу в рамках масштабного законопроекта об амнистии, который вновь обнажил глубокие исторические раны Ливана. Это самая широкая амнистия в стране с момента окончания гражданской войны (1975–1990), которая, как ожидается, будет принята в ближайшие недели после одобрения парламентом и подписания президентом.
Закон отменяет смертные приговоры, сокращает сроки пожизненного заключения и предусматривает освобождение ряда заключенных, включая террористов и торговцев наркотиками. Исключение составляют лица, осужденные за изнасилование, торговлю людьми, коррупцию, финансирование терроризма и преднамеренное убийство. При этом для тех, кто был осужден за убийство ливанских солдат, предусмотрено смягчение наказания.
Законодатели объясняют необходимость амнистии критической переполненностью тюрем: планируется освобождение более 3000 из 8600 задержанных, многие из которых находятся под стражей без суда более 14 лет. Однако инициатива встретила сопротивление: семьи погибших военнослужащих провели акцию протеста у здания парламента в Бейруте, выставив десятки пар пустых армейских ботинок.
Исламисты, наркоторговцы и вопрос ЦАДАЛ
Сын Самиры Бу-Сааб, Джордж, был офицером ливанской армии и погиб в 2013 году в столкновениях со сторонниками радикального суннитского священнослужителя Ахмада аль-Асира в Сидоне. Бу-Сааб возмущена тем, что аль-Асир, приговоренный к смерти, может получить шанс на сокращение срока до 10 лет заключения, в то время как ее сын погиб, а его дети растут без отца.
Аль-Асир, арестованный в 2015 году, был символом сопротивления режиму Асада и «Хезболле». Его супруга, напротив, критикует амнистию, утверждая, что ее муж стал жертвой заговора, организованного «Хезболлой», и называет текущее наказание «медленной казнью».
При обсуждении закона в парламенте отчетливо проявились межобщинные разногласия. Суннитские законодатели настаивают на освобождении исламистов, шиитские — торговцев наркотиками из региона Баальбек. В свою очередь, христианские депутаты требуют амнистии для граждан, бежавших в Израиль после вывода войск ЦАХАЛ из Южного Ливана в 2000 году, многие из которых связаны с Армией Южного Ливана (ЦАДАЛ).
Член парламента Набиль Бадр признал, что законопроект стал предметом политических сделок. Для многих ливанцев, бежавших в Израиль, эта амнистия — шанс вернуться домой. Мирьям Юнес, покинувшая Ливан в пятилетнем возрасте, мечтает посетить могилу отца, который был командиром в ЦАДАЛ. Тем не менее, она отмечает, что вопрос безопасности остается приоритетным: «Мы вернемся в тот момент, когда Ливан очистится от «Хезболлы», от незаконного оружия, и когда воцарится мир между Ливаном и Израилем».
Согласно черновику закона, в отношении граждан, возвращающихся из Израиля, будет применяться норма 2011 года, предполагающая арест и «справедливый суд». Юнес, однако, настаивает на невиновности своих соотечественников. На фоне первых за 30 лет прямых переговоров между Израилем и Ливаном, проходящих параллельно с боевыми действиями против «Хезболлы», она выражает надежду на достижение мирного соглашения и открытие границ.
