Люси Аюб: «Люди не знают, насколько это тяжело»

В то время как участники нового сезона «Танцев со звездами» готовятся к своему первому выходу на паркет, та, кто волнуется не меньше них, — это ведущая Люси Аюб. В интервью программе «Галит и Иланит» она рассказала о своей эмоциональной привязанности к проекту, чувстве вины, которое испытывает, оставляя дочерей дома, и о серьезных испытаниях, через которые проходят звезды в этом соревновании (премьерный выпуск выйдет в субботу вечером после новостей на «Кешет 12»).

Несмотря на огромное волнение, Люси признается, что по сравнению с участниками чувствует себя на эфирах довольно спокойно: «Безусловно, я самая спокойная, ведь мне не нужно репетировать и танцевать. Хотя Давид всегда оценивает мой наряд».

— В первом сезоне вы были незамужней, затем вышли замуж, стали мамой — всё это происходило на наших глазах. Как вы проходите через эти перемены?

«Как и для многих женщин в Израиле, годы построения карьеры для нас — это еще и время создания семьи. Я всё еще нащупываю свой путь в материнстве, совмещая его с работой, и это не всегда легко. Когда я на съемках, мое сердце дома с девочками, а когда я провожу много времени с семьей, мысли всё равно возвращаются к работе».

— Насколько вы взволнованы перед новым сезоном?

«Очень. Я и этот проект росли вместе. Он ощущается очень родным, я чувствую себя как дома. Возможно, я не объективна, но это самый веселый формат на телевидении. Люди хотят бросить себе вызов, и очень лестно, когда к тебе обращаются с предложением — это звучит как признание: "Мы верим, что ты справишься". Но при этом многие даже не догадываются, насколько это тяжелый труд».

— Вы ведь и сами пробовали танцевать на паркете. Каково это было?

«Ужасно трудно и неловко. Не думаю, что решусь на это снова».

— Участники отдают проекту всю душу. Насколько вы вовлечены эмоционально?

«Эта энергия заразительна, именно за это я люблю наш формат. Он раскрывает в звездах что-то детское, они погружаются в процесс настолько глубоко, что невозможно оставаться равнодушной. С каждым, кто выходит на паркет, я чувствую незримую связь. Это нелегко физически и уж точно непросто душевно».

— В жюри появился новый судья, Хаим Перштейн. Как вам такая перемена?

«Думаю, это добавит красок за судейским столом, их динамика с Давидом очень интересна. Еще недавно Хаим сам был на паркете и знает всё изнутри. Полагаю, он будет проявлять больше эмпатии к участникам, ведь он понимает, как трудно каждую неделю осваивать новую хореографию. Мне любопытно, будут ли они с Анной приходить к общему мнению».

— Случается ли вам думать, слушая судей: «Он действительно это сейчас сказал»?

«Часто. И в душе я нередко чувствую, что мне нужно немного умерить Давида. У него золотое сердце, он не говорит ничего со зла, но между мыслями и словами у него нет фильтра, поэтому иногда его комментарии звучат слишком прямолинейно».

— Насколько велико напряжение в прямых эфирах?

«Скорее это волнение. Я люблю прямой эфир — это энергия, которую невозможно воссоздать ни в какой другой ситуации. Единственный раз, когда я упала, это случилось вне кадра: я рухнула на паркет прямо во время трансляции».

— Что больше всего удивило вас в самой себе за время работы в программе?

«Уровень моей эмоциональной вовлеченности. Я думала, что как ведущая буду просто следить за порядком, но не осознавала, во что ввязываюсь. Это уже третий сезон, который проходит во время войны, поэтому были периоды более тяжелые и менее, но эта вовлеченность оказалась для меня неожиданной».

— Позволяете ли вы себе сегодня быть более открытой?

«Думаю, да, для этого появилось место. Если раньше мне было важно сохранять собранность, то сегодня я позволяю себе быть разной».

Когда зашла речь о дочерях, ждущих её дома, ведущая заметно сникла и призналась, что её переполняет чувство вины: «Бывают моменты, когда я сижу с ними и понимаю, что буду скучать по этому мгновению, и это сжатие в сердце приходит еще до того, как момент прошел. Это немного глупо, ведь нужно просто быть здесь и сейчас».