Между Холокостом и политикой: история признания Израилем геноцида армян
Правительство Израиля официально признало геноцид армян, что вызвало обеспокоенность у Азербайджана. Это решение стало итогом десятилетий борьбы между стратегическими интересами государства и моральными обязательствами перед памятью о трагедии.
В октябре 1989 года Конгресс США обсуждал вопрос об установлении дня памяти геноцида армян. Это вызвало резкую реакцию Турции, которая годами боролась против любого упоминания геноцида и угрожала США «ответными мерами». Параллельно в СМИ просочилась информация о том, что МИД Израиля активно вмешивался в процесс, а посольство Израиля в Вашингтоне просило еврейские организации помочь Турции в этой борьбе. Дискуссия, развернувшаяся в Израиле, обнажила отношение истеблишмента к вопросу: интересы зачастую преобладали над совестью, как отмечал тогда депутат Кнессета Яир Цабан.
Ситуация изменилась лишь недавно, когда правительство утвердило предложение министра иностранных дел Гидеона Саара о признании геноцида армян. Саар заявил на заседании: «Никогда не поздно сделать правильную вещь». Вслед за этим МИД Азербайджана выразил глубокую обеспокоенность и призвал Израиль пересмотреть решение, заявив, что подобные шаги не способствуют миру и лишь обостряют разногласия.
Геноцид армян, произошедший в 1915–1923 годах, унес жизни, по разным оценкам, от 1 до 1,5 миллионов человек на фоне распада Османской империи и подъема турецкого национализма. Отрицание этих событий стало одним из самых чувствительных вопросов внешней политики Турции.
Израиль, как государство народа, пережившего Холокост, долгое время находился в конфликте между моральным долгом и необходимостью поддерживать отношения с Турцией в рамках дипломатической стратегии «периферийного союза», заложенной Давидом Бен-Гурионом. Когда отношения с Турцией были тесными, Израиль избегал признания геноцида. По мере их охлаждения, дошедшего до открытой вражды, позиция официального Иерусалима начала меняться, включая заявления премьер-министра Биньямина Нетаниягу о признании факта геноцида.
В 1989 году, будучи заместителем министра иностранных дел, Нетаниягу отрицал вмешательство Израиля в дела Конгресса США. Однако в ходе жестких дебатов в Кнессете он подчеркнул: «Есть вещи, которые выше политики и дипломатии. Холокосты народов относятся к этой категории». Тем не менее, тогдашний министр иностранных дел Моше Аренс позже признал факт такого вмешательства в беседе с депутатом Йоси Саридом, который резко критиковал действия МИД, называя их «уродливыми».
На протяжении десятилетий вопрос постоянно возникал в повестке. В 1990 году под давлением МИД была отменена трансляция документального фильма «Путешествие в Армению». В 1995 году Яир Цабан стал первым израильским министром, принявшим участие в церемонии памяти жертв геноцида. Позже министр образования Йоси Сарид пытался включить эту тему в учебную программу, но она была исключена при его преемниках.
Турция жестко реагировала на любые попытки Израиля признать трагедию. Так, в 2003 году во время церемонии зажжения факелов в День независимости Израиля представительница армянской общины Наоми Налбандян была вынуждена изменить текст своего выступления под давлением турецкой стороны, чтобы избежать упоминания «Холокоста армян».
Лишь после ухудшения отношений с Турцией при Эрдогане, особенно после инцидента с флотилией «Мави Мармара» в 2010 году, в Израиле зазвучали призывы к признанию геноцида. В 2015 году президент Реувен Ривлин открыто выступил против политики отрицания. В 2018 году попытка добиться публикации секретных документов МИД через суд не увенчалась успехом: судья Рам Виноград отклонил петицию, сославшись на интересы внешней политики.
Помимо геополитики, существовал и внутренний дискурс: некоторые еврейские организации возражали против использования термина «Холокост» применительно к армянам, стремясь сохранить уникальность трагедии еврейского народа. Однако многие в израильском обществе настаивали, что отрицание геноцида армян лишь способствует искажению истории Холокоста.
