Мировой рынок газа демонстрирует устойчивость на фоне геополитической напряженности
Несмотря на сбои в поставках из Персидского залива, затрагивающие около 20% морского экспорта, мировые цены на газ остаются стабильными. Эксперты связывают это с ростом предложения СПГ и высокой гибкостью спроса, которые нивелируют последствия кризиса.
Мировой рынок газа продолжает демонстрировать удивительную стабильность, несмотря на то, что напряженность в Персидском заливе и перебои в работе торговых путей сохраняются. Несмотря на значительные сбои в экспорте, прежде всего из Катара, цены на газ в Европе и Азии вернулись к уровням, наблюдавшимся более года назад, и не отражают острого кризиса.
Норберт Рюкер, руководитель отдела экономики и исследований следующего поколения в инвестиционном банке Julius Baer, объясняет, что за умеренной реакцией рынка стоят два основных фактора:
«Во-первых, рост предложения, в основном сжиженного природного газа, уже компенсирует значительную часть сбоев. Во-вторых, существует высокая гибкость спроса, особенно летом, что уравновешивает дефицит.»
По его словам, ущерб торговому пути в Ормузском проливе лишает рынок почти пятой части морских поставок, что составляет более 10 миллиардов кубических футов в день. Тем не менее, с конца прошлого года в эксплуатацию были введены новые экспортные мощности, и параллельно зафиксировано улучшение добычи в таких странах, как Нигерия и Австралия. «На практике уже сегодня компенсируется почти половина дефицита», — отмечает Рюкер. Он добавляет, что на этой неделе в США начал работу новый экспортный терминал, частично принадлежащий Катару, который, как ожидается, обеспечит рынку дополнительное предложение.
Со стороны спроса заметно снижение импорта СПГ в Европу и Китай, в том числе из-за сезонности и потребительской гибкости. Переход на возобновляемые источники энергии в Европе и расширение добычи сланцевого газа в Китае снижают зависимость от импорта, в то время как Япония и Южная Корея сокращают импорт более умеренными темпами. «Удар ощущается в основном у более маргинальных потребителей, таких как Индия», — говорит Рюкер.
Несмотря на опасения по поводу роста использования угля в качестве замены газу, на практике это явление было ограниченным, и даже зафиксировано снижение цен на уголь. Рюкер полагает, что уровень цен на газ около 40 евро «достаточен для охлаждения спроса и одновременно для стимулирования продолжения импорта и восстановления запасов в хранилищах Европы». Однако, по его словам, главная история разворачивается не на рынке газа, а на рынке электроэнергии:
«Объем производства из возобновляемых источников энергии в Европе достаточно высок, чтобы смягчить влияние роста цен на газ на оптовые цены на электроэнергию. В этом смысле влияние войны почти не ощущается.»
По его словам, энергетический переход является ключевым фактором, укрепляющим устойчивость таких экономик, как Европа и Китай, перед лицом внешних потрясений на энергетических рынках. Параллельно правительства в Европе уже предприняли шаги для облегчения давления, включая снижение налогов на тарифы на электроэнергию и смягчение требований к хранению газа.
