Нафтали Беннет: «Я призову «Ликуд» войти в правительство, но на моих условиях»
После объединения с Яиром Лапидом Нафтали Беннет отвергает критику справа и заявляет, что именно он представляет интересы настоящих правых. Бывший премьер-министр представил свою программу реформ, подчеркнув, что готов к партнерству с любыми сионистскими силами, готовыми принять его жесткие требования по вопросам службы в армии и государственного управления.
После объявления о совместном участии в выборах с Яиром Лапидом — шаге, который потряс политическую систему и вызвал резкую критику, в основном справа, — Нафтали Беннет дает интервью изданию «Ха-Йом» и напрямую отвечает на сложные вопросы. На фоне опросов, которые ставят его во главе оппозиции, а иногда даже прочат его партии статус крупнейшей, он объясняет этот необычный союз, отвергает утверждения о том, что он бросил свой «бейс» (электоральную базу), и касается взрывоопасных тем, стоящих на повестке дня — от юридической реформы до ведения войны и вопроса заложников.
От «Еврейского дома» через «Ямину» до нового объединения с Лапидом — Беннету задают вопрос, свидетельствует ли нынешний шаг об изменении его политической базы, а также почему он до сих пор воздерживался от четкого изложения своих позиций по ключевым вопросам.
На интервью, состоявшееся в Герцлии, Беннет приходит подготовленным. Он выглядит относительно расслабленным для человека, предпринявшего столь необычный шаг. Мы погрузились в детали.
Ваш союз с Лапидом неестественен, и создается впечатление, что вы немного отказались от своего естественного «бейса».
Беннет отвергает это утверждение: «Ровно наоборот. Чтобы победить на этих выборах, нельзя допустить, чтобы союз тех, кто служит стране, был расколотым, конфликтующим, разделенным лагерем. Нужно объединить силы. Я ни от кого не отказываюсь. Я обращаюсь к избирателям коалиции: я — ваш дом, коалиция Нетаниягу-Дери-Смотрича порождает массовое уклонение от службы. Это не правые. Настоящий правый — это я».
Критику в адрес правых в правительстве он обостряет через тему Негева: «Правительство потеряло Негев, да?! Негев превратился в Палестину, если кто-то не заметил. Хамас захватил наш Негев. Это правые? Что в этом правого?».
Реформа, заложники и политическая линия
Что вы думаете о реформе судебной системы?
Беннет демонстрирует изменение своей позиции относительно необходимости конституции: «Я за принятие конституции Израиля на основе компромисса, достигнутого у Ицхака Герцога. В прошлом я не считал, что конституция нужна. Последние годы научили меня, что нужны очень четкие основы. Как принимается основной закон? Как отменяется обычный закон? Каким большинством?».
Будет ли Айелет Шакед частью правительства, которое вы сформируете?
«Я не комментирую сейчас ни одно имя в списке, который мы еще не опубликовали».
Заключили бы вы сделку по заложникам так, как это сделали они?
Беннет остерегается прямой критики правительства: «Это ведение войны и ведение переговоров, и это сложная вещь. Я не атаковал правительство по этому поводу. Я считал, что нужно сокрушить Хамас, и предлагал план».
О плане блокады он раскрывает: «План блокады я предложил двум министрам в кабинете, тихо. Я не буду называть их имена, они знают».
Из «Ликуда»?
«Я не скажу кто, но я подталкивал. Я видел свою страну в большой беде. Они сказали мне: "Нафтали, ты прав, нужно это поднять"».
Объединения, опросы и день после выборов
Если вы увидите, что вам нужно сбавить обороты, потому что Айзенкот или Либерман обходят вас, сделаете ли вы тоже шаг в стиле Лапида и скажете: «Окей, я отступаю на шаг назад»?
Беннет просит увести дискуссию от конкретного опроса: «Давайте наведем порядок. Я не комментирую сейчас тот или иной опрос. Я смотрю на макроуровне — как победить. Как победить? Израильская общественность хочет двух вещей. Она хочет гигантских перемен в государстве Израиль, и даже те, кто голосовал за коалицию — они тоже хотят, чтобы страна была в надежных руках».
С его точки зрения, ключом является широкое объединение под его руководством: «Единственный путь к победе — это коалиция или, по сути, очень сильная группа по модели Мадьяра в Венгрии под моим руководством. Это то, что принесет победу».
Теперь он перекладывает давление на Гади Айзенкота: «Лапид принял лидерское решение. Я принял лидерское решение. Теперь очередь Гади принять лидерское решение».
Беннет напоминает, что сам Айзенкот говорил об объединении: «Он заявлял, что хочет тройственного союза. Мы предлагаем ему тройственный союз. Лапид отложил эго в сторону и сказал, что готов опуститься на третье место. Теперь очередь Гади — пусть приходит».
Вы говорили с Гади после этого объявления?
«Да».
И как прошел разговор?
«Я не описываю внутренние разговоры».
Допустим, мы придем к ситуации после выборов, и у вас не будет 61 мандата, но вы будете ближе к 61, чем Нетаниягу, и то, что будет отделять вас от этого — ультраортодоксальные партии. Есть ли шанс, что вы включите их в состав?
Беннет отвечает кратко: «Я устанавливаю параметры. Я также призову «Ликуд» войти, но на моих условиях».
С Нетаниягу?
Здесь он ставит условия: «Я скажу вам, каковы условия: сионистская партия; за отмену закона об уклонении; полное прекращение перевода денег уклонистам и людям, которые не выходят на работу, и возвращение этого служащей и работающей общественности».
Наряду с этим он требует и институциональных шагов: «Создание государственной следственной комиссии в первый же час работы правительства; и ограничение срока полномочий премьер-министра восемью годами. Тот, кто примет эти условия — добро пожаловать».
Ультраортодоксы, уроки прошлого и путь вперед
Ультраортодоксы — это гораздо сложнее, чем просто остановка выплат, вы это знаете.
Беннет описывает проблему как систему стимулов: «Люди реагируют на стимулы. Так это работает. На сегодняшний день вся структура стимулов построена так, чтобы наказывать молодого ультраортодокса, который выбирает призыв. Я говорю вам — это то, что никогда не пробовали».
Решение, с его точки зрения, начинается с остановки выплат: «Очень простая вещь. Перестать платить ультраортодоксам-уклонистам. Сегодня есть примерно пятьдесят каналов, по которым им текут деньги. Я прекрасно понимаю вопрос, но это вполне возможно. Вы увидите, это произойдет. Именно так».
К этому он добавляет также изменения в системе образования и подготовки: «Наряду со строительством отличных государственных ультраортодоксальных школ, где учат математику, английский, где воспитывают в пользу службы в армии. Наряду с курсами подготовки для хайтека. Я умею это делать, я сам хайтекист. Мы это сделаем, это произойдет».
Когда вы были министром образования, государственно-религиозные ультраортодоксальные школы (МАМАХ) не были продвинуты до конца. У них были к вам претензии по этому поводу.
Беннет принимает претензию: «Верно. И кстати, во многих вещах, действительно до седьмого октября, я думаю, мы все не видели в этом срочности. Я думаю, что седьмое октября научило всех, что нельзя откладывать и откладывать. Нужно брать быка за рога».
О еще одном сроке на посту премьер-министра он говорит как о преимуществе опыта: «Вы спрашиваете об извлечении уроков из прошлого. Я прихожу сейчас на пост премьер-министра во второй раз. Приношу огромный опыт, включая извлечение уроков. Бен-Гурион пришел во второй раз более зрелым, Рабин пришел более зрелым, Нетаниягу тоже пришел более зрелым. И я думаю, что это большой подарок для общества, когда приходит готовый премьер-министр».
Беннет также отмечает, что подготовился заранее: «И я открою вам еще одну вещь. Я готовил планы последние полтора года, планы по восстановлению Израиля, по гигантским реформам во всех областях. Поэтому, как только правительство начнет работу, мы помчимся вперед».
Как вы намерены привлечь «вязаные кипы»? Это электорат, который может решить исход выборов.
Беннет признает гнев в свой адрес в среде религиозного сионизма: «Вы правы. В частях религиозного сионизма есть гнев по отношению ко мне. Я могу это принять. У меня нет какого-то волшебства».
Его обращение к этой аудитории основано на проверке делами: «То, что я делаю — я обращаюсь отсюда к общественности, именно к религиозному сионизму, а также к светским правым. Судите меня по моим делам. Не по словам, по делам».
Итоговое послание он формулирует вокруг единства: «При мне в государстве не будет гражданина, который чувствует, что я его ненавижу, что он нежеланен. Я не буду делить страну на левых и правых, "капланистов" и "бибистов". Нет. Они сражаются вместе в Газе. Мы будем чинить страну вместе».
