«Нам продавали блеф»: как «Хезболле» удалось удивить ЦАХАЛ
После операции «Стрелы севера» власти заявляли о разгроме «Хезболлы», однако организация сумела реорганизоваться и восстановить часть своих возможностей. Жители Севера выражают недоверие к официальным отчетам, а эксперты отмечают, что разрыв между декларациями и реальностью стал следствием когнитивного искажения.
Глава совета Метулы Давид Азулай больше не верит никому: ни правительству, ни высокопоставленным армейским чинам, ни помпезным заявлениям, которые транслировались после операции «Стрелы севера». Тогда общественности внушали, что «Хезболла» разгромлена и перестала быть эффективной военной силой.
«Нам продавали блеф, — говорит он в интервью журналу N12. — Зная реальную картину, систему предпочли успокоить, нарисовав благостную картинку». Азулай признает, что «Хезболла» получила тяжелые удары и это уже не та армия, что была до войны, но, по его мнению, этого недостаточно.
Когда глава совета управляет рисками из оперативного штаба поселения под огнем, а около 60% жителей уже вернулись в свои дома, у него нет права на ошибку. Поэтому он по-прежнему призывает людей оставаться в домах и ограничить передвижения.
Азулай критикует нарратив о том, что «Хезболла» якобы попала в стратегическую засаду. «Говорили: "Хоть бы они присоединились", хвастались ловушкой. В итоге выяснилось, что в ловушку попали мы сами», — поясняет он. По его словам, тактические успехи не трансформируются в окончательный разгром: «В каждом бою мы побеждаем, но это не то лечение, которое позволит закончить историю навсегда».
Азулай также подвергает резкой критике прекращение огня, объявленное президентом США Дональдом Трампом, называя это возвратом к старым ошибкам. «Почему в последние недели мы не слышали о налетах на их вооружение, о котором нам известно?» — задается он вопросом. Он предостерегает: «Снова повторяют ошибку 7 октября, ошибку ноября 2024 года. В конце нам опять будут рассказывать сказки о "полной победе"».
На главной улице Метулы, празднующей 130-летие, слышно разочарование, но не отчаяние. «Мы сильные, мы здесь и не уйдем, — говорит Азулай. — Но нужно разоружить «Хезболлу» раз и навсегда. От политиков я ничего не жду, надеюсь лишь, что военные опомнятся».
Отброшена на десятилетия назад?
Спустя почти год после 7 октября Израиль начал широкомасштабную операцию против «Хезболлы». За два с половиной месяца был сорван план захвата Галилеи, ливанский фронт отделили от Газы, ликвидировали верхушку во главе с Хасаном Насраллой и, по официальным данным, уничтожили около 80% ракетного потенциала.
Жители начали возвращаться домой, опираясь на ясные сигналы: угроза устранена. Премьер-министр обещал, что «Хезболла» поймет посыл, начальник Генштаба говорил о накопительном износе возможностей, а министр обороны назвал организацию «безголовой». Было официально объявлено, что Израиль победил, а «Хезболла» отброшена на десятилетия назад.
Однако в течение года, вне поля зрения общественности, развивалась иная реальность. Несмотря на давление ЦАХАЛ, «Хезболла» не стояла на месте: она восстанавливала инфраструктуру и командные структуры. Темпы восстановления опережали темпы поражения, а разрыв между обещаниями и фактами почти не признавался публично.
Разрыв между декларациями и реальностью
Момент истины наступил с присоединением «Хезболлы» к кампании против Ирана. Массированные обстрелы Севера показали, что организация избита, но не разгромлена. Командующий Северным округом генерал-майор Рафи Мило в разговоре с жителями кибуца Мисгав-Ам признал: «Существует разрыв между тем, как мы закончили «Стрелы севера», и тем, что мы находим сейчас».
Профессор Эяль Зиссер из Тель-Авивского университета полагает, что источник разрыва — в интерпретации фактов. «Заявления о разгроме в ноябре 2024 года были хвастовством ради поднятия боевого духа. Это было принятие желаемого за действительное», — утверждает он. По его словам, даже если уничтожить две трети из 150–180 тысяч ракет, у организации остаются десятки тысяч — объем, позволяющий вести огонь по Израилю в течение длительного времени.
Профессор Коби Майкл из Института исследований национальной безопасности добавляет, что это не был разведывательный провал. «Разведка имела полную картину ситуации. Разрыв возник между тем, что системы доносили до граждан, и тем, что происходило на самом деле». Он подчеркивает, что в разведке возможности статичны, а намерения — текучи, и недооценка намерений «Хезболлы» стала ключевым фактором.
Иран не только финансировал — он управлял
Сарит Зехави, основательница центра «Альма», отмечает, что Иран после ликвидации руководства «Хезболлы» перешел к прямому управлению. По данным Reuters, около 100 офицеров Корпуса стражей исламской революции были направлены в Ливан для обучения террористов и децентрализации командных структур. «Иранцы были вовлечены на сто процентов, они не доверяли новому лидерству и управляли организацией непосредственно на местах», — объясняет она.
Сегодня «Хезболла» перешла к тактике партизанской войны: вместо гигантских залпов — действия независимых ячеек. «Она не вернулась к прежней мощи, но определенно восстановила оперативную способность изматывать нас», — заключает Зиссер.
Единственный путь к эндшпилю, по мнению экспертов, — это разоружение «Хезболлы» через сочетание военного давления и политических маневров, направленных на укрепление ливанского государства. Жители Севера, уставшие от бесконечных раундов, требуют от властей честности: признавать силу ударов, но избегать заявлений о полном разгроме, которые не выдерживают проверки реальностью.
