Наоми Левов: «Я трусиха — на что мы будем жить?»

На фоне звуков войны и непрекращающихся сирен, наряду с попытками вернуться к подобию рутины, пусть даже воображаемой, на канале «Кан 11» и в «Кан BOX» вчера вечером (в воскресенье) вышел драматический сериал «В сокрытии» (первая серия доступна в «Кан BOX»). Созданный Йоси Мадмони и Ави Тфилински, он обещает стать убежищем для всех, кто хочет на мгновение сбежать от новостных трансляций.

Сериал, вторая серия которого выйдет сегодня вечером (в понедельник), с участием Галя Торена, Наоми Левов, Наоми Харари, Ори Кумая, Ноа Колер, Мориса Коэна, Хани Фюрстенберг и других, повествует о группе ультраортодоксов (харедим), называющих себя «анусим» (подневольные). Они перестали верить и ведут двойную жизнь: остаются ультраортодоксами в открытую, но становятся свободными на своих секретных встречах. Они общаются через тайную группу в WhatsApp под названием «И даже в сокрытии» и разрываются между двумя мирами.

Параллельно с этим на следующей неделе должна была состояться церемония вручения телевизионных премий, отложенная из-за войны. На ней Наоми Левов номинирована в категории «Лучшая актриса» за роль в сериале «Блади Мэри» (Bloody Murray).

До объявления победителей она рассказывает в интервью «Исраэль Хайом» об особенной роли в сериале «В сокрытии»: «Речь идет о настолько уникальном явлении, о существовании которого я не знала — сообществе „анусим“, которые скрывают свою внутреннюю правду. У них есть ограничения и ответственность перед другими, наряду с опасением и слишком большим страхом выйти на свет», — говорит она.

«Я думала об этих местах в моей жизни, где я боюсь выйти на свет, где находится мое „сокрытие“. Я соединилась со своим персонажем, Гити, через тему поиска, подросткового возраста: с одной стороны — „попробуйте меня остановить“, а с другой — это крик „пусть кто-нибудь меня остановит“, пусть кто-нибудь поставит мне границу».

Проверка этих границ — это то, что знакомо вам по вашему подростковому возрасту?

«Я была безумной занудой», — смеется она. «Мои границы в старшей школе проверялись, возможно, совсем немного, когда я начала общаться с ребятами, которые курили. Мои родители восприняли это очень тяжело и сильно тревожились, но я думаю, что проверка границ — это нечто очень внутреннее. Да, у меня был опыт ощущения „меня не понимают и не видят“, и музыка спасла меня. Однажды я прослушала альбом „OK Computer“ группы Radiohead 12 раз на повторе. В том возрасте музыка была моим якорем».

С возрастом вы стали смелее и решительнее?

«Правда в том, что я настоящая трусиха. Может быть, сегодня это проявляется мягче, нежнее, а не как вызов. Когда нужно раскрыться эмоционально или сказать правду, даже если это означает пойти на риск, я сделаю это, выведу правду на свет, но есть моменты, которых я очень боюсь. Иногда я боюсь воображаемого будущего: что будет? На что мы будем жить? А также того, что обо мне иногда подумают. Правда, даже если она неприятна».

«Я боюсь не сказать правильную вещь или свою правду, боюсь последствий того, что будет, если я просто буду собой, а не тем, кем от меня ожидают быть или кем-то, кого я себе вообразила».

В сериале каждый из персонажей ведет своего рода двойную жизнь. Вы смогли бы так жить?

«Каждая серия фокусируется на другом персонаже, на его „сокрытии“, и есть персонажи, для которых тайна — это не то, что нужно решать, а скорее то, с чем учатся жить. Я лично считаю, что разбитая жизнь на свету предпочтительнее цельной жизни напоказ, но в тени. Тема сексуальности в ультраортодоксальном обществе — это скрытая тема, о которой не говорят. Происходит много ужасных несправедливостей и злоупотреблений полномочиями, и эта тема также находит отражение в сериале».

Реальность войны

Давайте поговорим о «Блади Мэри», сериале, за роль в котором вы номинированы как лучшая актриса.

«Я действительно привязана к искусству и творчеству, где игра идет из глубокого, детского места. Я чувствую, что мне дают играть во многих песочницах, которые открыты передо мной, и я прямо как ребенок, бегающий между ними. Я просто счастлива, что эти миры открыты для меня и что я удостаиваюсь познавать себя через различные игровые площадки».

«Я понимаю, что „Блади Мэри“ успешна, по реакции на улице; сладость сериала измеряется сладостью отзывов. Меня останавливают женщины, а также мужчины на улице и говорят спасибо за то, что сериал дает голос темам родительства, одиночества, сомнений, на которых не многие делают акцент в телевизионной драме в Израиле».

Напрашивается вопрос, будет ли еще один сезон.

«Иншалла. Предыдущий сезон закончился таким хэппи-эндом, что будет непросто выйти на третий сезон. Я очень надеюсь, и, возможно, мы также сделаем спин-офф».

Мы ведем это интервью на фоне войны. Как вы в этот период?

«Как и у многих моих коллег, у меня отменилось много выступлений. Я даю много импровизационных шоу, а Пурим — это „бонанза“ выступлений, также я играю в театре Беэр-Шевы, и, конечно, все отменилось. Я переехала в Бейт-Орен, на север, так что у нас относительно немного сирен, я не сижу в соцсетях и не смотрю новости. Я нахожусь в некоем пузыре, который сохраняет мое душевное спокойствие».