Нетаниягу прокурору Тадмору: «Вы изучаете мою тактику — попытайте счастья в Кнессете»

Перекрестный допрос премьер-министра Биньямина Нетаниягу в рамках «дела 2000», касающегося его контактов с издателем «Едиот ахронот» Нони Мозесом, продолжился в понедельник.

В ходе заседания Нетаниягу затронул тему предварительных законопроектов оппозиции, заявив, что их невозможно остановить с помощью коалиционной дисциплины. По его словам, «этот шаг пустой, холостой», особенно когда речь идет о раздробленной оппозиции. Обращаясь к прокурору Тадмору, Нетаниягу заметил: «Вы изучаете мою тактику. Вы не в моей сфере, предлагаю вам попытать счастья в Кнессете».

Премьер-министр подчеркнул, что «в жизни это так не работает» и навязывать дисциплину в любой ситуации невозможно. Отвечая на вопрос о риске развала правительства, он пояснил, что закон должен был «закрыть единственный канал правоцентристов», а сам он противостоял опытному политическому оппоненту.

На вопрос о том, когда он узнал о вынесении законопроекта на голосование, Нетаниягу ответил, что не может помнить детали действий депутата Кнессета Эйтана Кабеля, однако отметил, что тот «знал, что делает, чтобы получить хорошее освещение в СМИ».

Прокурор Тадмор поинтересовался, каким образом Ари Харо узнал об этом раньше юридического советника, предположив, что Харо получил информацию от Мозеса в рамках координации. Нетаниягу категорически отверг это: «Никакой координации не было». Он также прокомментировал свои слова «вау», прозвучавшие в записях, пояснив, что использовал их иронично, а не для выражения восхищения.

Тадмор представил электронное письмо от 8 июля 2014 года, согласно которому политический расклад в Кнессете был неясен, и вопрос требовал решения премьер-министра. Прокурор заявил, что, судя по документу, большинство депутатов выступали против закона. Нетаниягу в ответ настаивал на своей оценке: закон должен был пройти. Он отметил, что Яир Лапид был «под вопросом», а Ципи Ливни, ранее выступавшая против, изменила позицию. По словам Нетаниягу, он был уверен в принятии закона.

Когда Тадмор указал, что анализ депутатов не был однозначным, Нетаниягу ответил, что ситуация была «очень раздробленной» и он понимал, что в таких условиях «сядет на мель». После того как прокурор заявил, что никто не пытается ничего скрыть, премьер-министр возмутился: «Дайте мне ответить, мы не на телевизионном интервью, где человеку не дают высказаться. Настаиваю на своем праве ответить после безумных обвинений, которые будут записаны и получат резонанс».

Нетаниягу добавил, что боролся с законом и применял различные стратегии, чтобы его остановить. Он подчеркнул: «В тот момент, когда у меня нет большинства, я в беде, и это то, что мы здесь видим».

В ходе заседания возник спор между защитой и обвинением относительно документа, представленного Нетаниягу. Адвокат Амит Хадад заявил, что представление фактов без ключевых деталей может ввести в заблуждение, и потребовал выяснить, кому был передан список и кто такая Эфрат Фукс, отметив, что события происходили 12 лет назад.

Вернувшись в зал, Нетаниягу на вопрос о получении документа за три дня до голосования ответил, что не может этого помнить. Он сослался на прогнозы обозревателей того времени, включая Амита Сегаля, которые также сомневались в наличии большинства. Нетаниягу вновь подчеркнул, что вел против законопроекта «упорную войну», так как считал его «опасностью для демократии», и его оценка отсутствия контроля над ситуацией оказалась верной.

В завершение Тадмор сослался на показания Перах Лернер, отметив, что позиция депутатов Кнессета менялась до самого конца. После того как прокурор спросил, подтверждает ли Нетаниягу оценку советника по законодательству, адвокат Хадад выразил протест, и премьер-министр покинул зал для консультаций.