«Она сказала, что больше не может»: как работают больницы в условиях подземных парковок
Более месяца израильские больницы функционируют в чрезвычайном режиме, переводя пациентов в защищенные подземные комплексы. Врачи предупреждают о критических рисках: отсутствии приватности, плохой вентиляции и угрозе распространения инфекций, включая туберкулез и устойчивые бактерии.
«Ты смотришь вниз и видишь парковку со стрелками, указывающими на места, и спрашиваешь себя: "Здесь лечат людей?". Это настоящий ужас. Воздух был удушливым, почти без циркуляции. Все отделения находились там вперемешку. Мы боялись, что наш сын подхватит какую-нибудь инфекцию. Я сказала медбрату, что состояние здоровья моего сына сложное, поэтому ему не стоит оставаться здесь долго — но он ответил, что выбора нет», — так мать пациента, которому потребовалась помощь в приемном покое одной из больниц в центре страны, описывает условия в подземном комплексе.
По ее словам, уже по прибытии обнаружились крайне тяжелые условия. «Персонал очень старался, но казалось, будто их забросили внутрь и сказали: "Вы должны работать прямо сейчас". Когда мы вошли, нам стало плохо — крики, шум, занавески для душа вместо стен. Ты смотрел вверх и видел кабели, тянущиеся из конца в конец. Мы видели медсестер, которые ели прямо на рабочих местах, без малейшей приватности. Мне было страшно думать, сколько ошибок могло там произойти. Единственное, что успокаивало, — это писк предварительного оповещения, мы просто продолжали сидеть».
Риски инфекций и нехватка условий
Более месяца больницы по всей стране работают в чрезвычайном режиме: сотни пациентов переведены в защищенные подземные комплексы, а стационарные отделения значительно сокращены. Переход был призван обеспечить безопасность, но по прошествии времени проясняются сложные последствия: отсутствие дневного света, теснота и повышенный риск распространения болезней.
Около недели назад стало известно о больном туберкулезом, который был госпитализирован в одном из комплексов «Шибы». В результате контакту с ним подверглись почти 2000 сотрудников больницы и около 750 пациентов, включая 300 младенцев и людей с ослабленным иммунитетом. Контактировавшие были вызваны на обследование, некоторым из них потребуется профилактическое лечение антибиотиками в течение нескольких месяцев.
«Проблема в том, что подземные комплексы не разделены на отдельные палаты, в отличие от обычных условий», — объясняет профессор Ясмин Маор, заведующая отделением инфекционных заболеваний в медицинском центре «Вольфсон» и председатель Израильской ассоциации инфекционистов. По ее словам, находящиеся в закрытом пространстве дышат одним и тем же воздухом, что повышает риск заражения патогенами, распространяющимися воздушно-капельным путем. «Когда пребывание непрерывно, вероятность заражения значительно возрастает. Это похоже на то, что мы видели при коронавирусе: один зараженный в большом, но закрытом пространстве с ограниченной вентиляцией — контакт значителен».
«Где минимальное человеческое достоинство?»
Профессор Маор отмечает, что сокращение числа госпитализированных оставило в отделениях самых тяжелых пациентов, наиболее уязвимых к инфекциям. «Мы прилагаем усилия, чтобы минимизировать риски, и самоотдача персонала очень высока. Но когда кровать касается кровати, ясно, что вероятность перехода бактерий от одного к другому возрастает».
Лиат Синай-Садес с болью рассказала об условиях, в которых находилась ее покойная мать Эстер Синай в первые дни войны: «Я слышала, как медсестры переговаривались, кто снимет занавески. За те два дня, что мы там были, их просто не было. Санитар, который пришел менять подгузник моей 85-летней маме, сказал ей: "Закрой глаза, так ты не увидишь, что тебя видят". Ей было так стыдно. Где минимальное человеческое достоинство? Да, это чрезвычайная ситуация, но я должна стоять с полотенцем и прикрывать ее? Никто не обращал внимания. У меня не было слов».
«Месяцами мы читали, что больницы готовятся, но в комплексах царит хаос», — добавляет она. «Персонал десятки раз поднимался и спускался в отделения, чтобы принести оборудование. Не понимаю, как страна, живущая в состоянии постоянной угрозы, не подготовлена должным образом. Даже тележки для уборки постоянно перемещались вверх и вниз. Почему они не находятся там постоянно?».
После двух дней в комплексе ее мать попросила вернуться домой. «Она сказала: "Я больше не могу"».
Влияние на качество лечения
Высокопоставленный врач в одной из больниц сообщает, что многие сотрудники, работавшие в комплексе, жаловались на повторяющиеся головные боли. «Проверки концентрации газов показали, что уровень углекислого газа был высоким. Это не проверялось, пока персонал не начал жаловаться. После проверки были предприняты меры по улучшению циркуляции». Он добавляет еще один аспект: «Как только персонал выводят из привычной среды, его клинические инстинкты подрываются — это может нанести ущерб качеству лечения. Через несколько месяцев нам нужно будет проверить, была ли избыточная смертность. Я не удивлюсь, если мы увидим влияние этого периода».
Профессор Галия Рахав, эксперт по инфекционным заболеваниям, подчеркивает: «Все внимание сосредоточено на защите, а предотвращение инфекций отодвигается на второй план. Когда мы выйдем из парковок, я уверена, что мы увидим больше случаев заражения устойчивыми бактериями».
В министерстве здравоохранения осознают сложность ситуации, но их позиция ясна: из-за угрозы безопасности больницы продолжат работать в таком формате столько, сколько потребуется. «Мы балансируем между выполнением требований Командования тыла и защитой больниц — особенно когда Иран нацеливается на систему здравоохранения как на стратегическую цель — и сохранением качества лечения», — объясняют источники в министерстве. «Условия далеки от идеальных, но мы держим руку на пульсе и на данный момент не видим экстремальных кризисов».
