Остров Сумба: где рабство сохраняется как древняя традиция
На индонезийском острове Сумба, расположенном недалеко от туристического Бали, до сих пор существует кастовая система, при которой люди рождаются в статусе рабов. Несмотря на официальный запрет рабства в Индонезии, жители острова продолжают передаваться по наследству, подвергаясь принудительному труду и насилию.
На расстоянии около двух часов полета от популярных пляжей Бали находится остров Сумба, где институт рабства до сих пор существует как часть древней кастовой системы. Несмотря на то, что рабство было объявлено вне закона в Индонезии более 160 лет назад, жители острова по-прежнему рождаются в статусе рабов и слуг, работают без оплаты и зачастую подвергаются жестокому обращению со стороны своих господ, включая акты сексуального насилия.
Один из них — Канисиус Каниали Мабрита, который определяет себя как «ата», местное обозначение рабов. По его словам, он не противится своему статусу, поскольку его невозможно стереть. «Это не бремя на наших плечах, это символ традиции, перешедшей к нам от предков», — заявил он информационному агентству AFP. Канисиус живет в деревне Тангеду рядом со своим господином, Умбу Ана Рара, который на три года моложе его. Деревня известна бирюзовыми водопадами, привлекающими туристов, ищущих скрытый тропический рай. В этом месте нет мобильной связи, еда готовится на дровяном огне, а традиционные дома с высокими соломенными крышами построены вокруг могил предков знатных семей.
Умбу Ана утверждает, что относится к своему рабу как к члену семьи. Они спят в одном доме на циновках, и он даже позволяет ему зарабатывать немного денег в качестве водителя мототакси и выращивать еду на небольшом участке земли. Однако за этой картиной скрывается суровая реальность. Другой раб, около 40 лет, из деревни Напу, рассказал, что его били с детства, если он работал недостаточно. По его словам, его заставляли трудиться на полях после учебы, кормить свиней и готовить для господ. «Я говорю своим детям, что не хочу, чтобы они прошли через то, через что прошел я», — поделился он.
Кастовая система на Сумбе опирается на религию Марапу — древнее верование, сочетающее культ предков и анимизм. Хотя около 80% жителей острова, насчитывающего порядка 685 тысяч человек, являются христианами, традиционная вера продолжает влиять на социальную структуру. По словам правозащитницы Марты Хеби, общество разделено на три группы: знать («марамба»), обычное сословие («кабиху») и рабы или слуги («ата»). Священнослужитель Умбу Рами Дата объяснил, что, согласно традиции, знать прибыла на остров, уже владея рабами.
Относительная изоляция и шокирующее насилие
Изоляция Сумбы, расположенной примерно в 2000 километрах к востоку от Джакарты, способствовала сохранению этой социальной структуры на протяжении многих лет. Оценки количества рабов разнятся: социальный работник на острове полагает, что на востоке Сумбы проживает около 1700 рабов из 350 тысяч населения, другие эксперты называют цифры в несколько тысяч. По словам историка Бундана Каномуйосо из Университета Индонезии, принудительный труд существует и в других регионах страны, но Сумба уникальна тем, что статус рабства передается из поколения в поколение, при этом господа и рабы зачастую живут в одном доме и в схожих условиях.
Одной из самых тяжелых характеристик системы является сексуальное насилие. Протестантский пастор Марлин Луми рассказала, что господин может «использовать» свою служанку, и это считается нормальным явлением. Местный аристократ, пожелавший остаться анонимным, подтвердил это: «Если мне нравится рабыня, а она отказывает мне, я изобью ее мужа». Анди Йентриани, бывший председатель Национальной комиссии по борьбе с насилием в отношении женщин, отметила, что в этой реальности принудительные половые отношения не воспринимаются как изнасилование. «Если ты девушка, ты принадлежишь господину. Половые отношения считаются использованием власти в отношении того, что является твоей собственностью», — пояснила она. По словам Марты Хеби, случаи насилия почти не доходят до судов, поскольку жертвы боятся давать показания.
Долгий процесс изменения ситуации
Пастор Луми рассказала, что протестантская церковь помогает женщинам и детям, пострадавшим от насилия, но только когда они решают подать жалобу. Гидеон Мбилиджора, который 13 лет занимал пост главы округа Восточная Сумба и сам владеет двумя рабами, признал, что изменение системы потребует времени и долгого процесса трансформации мировоззрения среди знати. В прошлом погребальные обычаи были еще более экстремальными: до начала 90-х годов полиция пристально следила за похоронами из опасений человеческих жертвоприношений, так как традиция Марапу требовала хоронить раба вместе с покойным господином.
Правозащитные организации, включая Amnesty International и Human Rights Watch, призывают правительство Индонезии обеспечить соблюдение конституционного запрета на рабство и международных конвенций. Хайрил Халим из Amnesty Indonesia отметил, что правительство осведомлено о ситуации, но до сих пор не предприняло решительных шагов. Министр по правам человека Индонезии Юсрил Ихза Махендра заявил, что, хотя конституция запрещает рабство, страна является очень разнообразным обществом, поэтому правительство не хочет навязывать немедленные изменения, делая ставку на образование.
Наряду с этим есть представители знати, которые пытаются изменить ситуацию изнутри. Аристократка Нурлина Рамбу Джула Калунга, унаследовавшая пять рабов, поддерживает их освобождение, но отмечает, что это противоречит традиции. Другая аристократка, Таму Рамбу Маргарета, годами работает над продвижением освобождения рабов и отправила всех слуг, живущих в ее доме, в школу вместе со своими детьми, веря, что образование позволит им изменить будущее.
Борьба за свободу
Одному из бывших рабов удалось вырастить свою семью в отдельном доме и отправить двоих из четырех детей в университет с помощью государственных грантов. Несмотря на это, земля, на которой он выращивает урожай, по-прежнему принадлежит его бывшему господину. «Когда они нуждаются в нас, мы приходим, а если нет — то нет. Им так легко приказывать нам, что делать», — рассказал он. Тем не менее, мужчина отмечает, что законы сегодня предоставляют рабам определенную защиту, поэтому господа больше не беспокоят их так, как раньше. «Если у нас есть знания, значит, мы свободны», — заключил он.