От свержения режима до ликвидации ракетного проекта: разрыв между целями войны и реальностью
Устранение ядерной угрозы, сокрушительный удар по инфраструктуре и ликвидация верхушки режима были заявлены как основные цели в начале кампании. Мы проанализировали, что именно пострадало, какие возможности остались нетронутыми и насколько итоговая картина соответствует первоначальным обещаниям.
Пока остается неясным, придут ли США и Иран к пониманию по рамочному соглашению, но накануне решения американского президента вновь возникают вопросы о целях войны и задачах, поставленных в ее начале. От устранения ядерной угрозы до свержения режима в Тегеране: что осталось от заявлений Дональда Трампа и Биньямина Нетаниягу? N12 подводит итоги.
Ядерный вопрос
Обещания: С началом кампании три месяца назад в Израиле и США была озвучена ключевая цель — устранение ядерной угрозы.
Реальность: Согласно черновику формирующегося соглашения, вопрос об уране, обогащенном до уровня 60%, остается нерешенным, и стороны планируют обсудить его позже. Ожидается, что Иран сохранит запас урана, обогащенного до 20%, при этом его производственные мощности и система центрифуг остались нетронутыми.
Иранский ракетный проект
Обещания: Ликвидация ракетного проекта.
Реальность: По оценкам ЦРУ, представленным членам Конгресса США, Иран по-прежнему удерживает около 70% запаса ракет, который был в его распоряжении накануне операции. Многие атакованные пусковые установки были извлечены из-под обломков, а остальные могут быть восстановлены и возвращены в строй.
Удар по инфраструктуре
Обещания: Сокрушительный удар по иранской инфраструктуре и центрам силы режима.
Реальность: Несмотря на значительный ущерб оружейным заводам, ракетным объектам и системам БПЛА, центральная энергетическая инфраструктура Ирана — прежде всего нефтегазовая отрасль — не получила критических повреждений. Часть атакованных объектов уже находится в процессе активного восстановления.
Ликвидация руководства
Обещания: Удар по верхушке режима.
Реальность: В ходе первого удара были ликвидированы многие высокопоставленные иранские чиновники, включая верховного лидера Али Хаменеи. Однако центральный узел власти сохранился: его сын, Моджтаба Хаменеи, унаследовал должность и, согласно ряду сообщений, руководит кампанией. По оценкам, влияние Корпуса стражей исламской революции только укрепилось.
Свержение режима или создание условий для его замены
Обещания: В начале кампании в Израиле проводились брифинги о том, что целью войны является свержение иранского режима, но вскоре формулировку смягчили до «создания условий для дестабилизации и будущей смены власти».
Реальность: Даже с учетом этой скорректированной цели, задача остается далекой от выполнения. Согласно формирующемуся соглашению, Иран может рассчитывать на размораживание активов, экономические льготы и возобновление денежных потоков, а также на восстановление контроля над Ормузским проливом. Для тех, кто надеялся на внутренние потрясения в Иране, обещание президента США о том, что «помощь уже в пути», кажется сейчас далеким как никогда.
Ормузский пролив
Обещания: Открытие Ормузского пролива и устранение угрозы судоходным путям были представлены как одно из возможных достижений американских действий в регионе.
Реальность: Важно отметить, что вопрос Ормузского пролива стал актуальным уже в ходе войны, после того как морская блокада превратилась в центральную часть кампании. Поэтому представление открытия пролива как самостоятельного достижения вызывает вопросы. Это событие имеет большое значение для США и мировой экономики, но для Израиля данный аспект менее значим.
