«Во время беременности я чувствую себя, слава Богу, самой сексуальной, какой когда-либо была»

Ким Ор Азулай прожила половину своей жизни перед камерами после того, как прославилась в 12 лет в программе «Мальчики и девочки» на Детском канале. Каждая деталь ее жизни, от отношений и свадьбы до беременности, была задокументирована. Однако несколько месяцев назад она столкнулась с неприятной стороной публичности, когда кампания, в которой она участвовала, вызвала широкий резонанс. Это произошло, когда Азулай раскрыла, что ждет мальчика, в рамках сотрудничества с сетью «Аркафе» и клубом бренда детских смесей «Матерна». В комментариях утверждали, что она не может сотрудничать с компанией по производству смесей еще до родов и заранее решать, что не будет пытаться кормить сына грудью.

«Я обычно не участвую в сетевых скандалах, но это было жестко, — вспоминает она. — Это были не просто комментаторы, прячущиеся за клавиатурой, а женщины с именами и повесткой, которые выступили против меня. Это застало меня врасплох, я не понимала, насколько это чувствительная тема. Мне это казалось очень простым: торт для определения пола ребенка стоит 400 шекелей, а «Аркафе» выпустили один за 180 шекелей, и клуб «Матерна» просто спонсировал мероприятие. Это как если бы Ифтах играл в баскетбольной майке со спонсорскими логотипами — значит ли это, что он пользуется продуктом каждого из них? Нет. Я не понимала причин скандала и действительно хотела дискуссии, но никто не был готов к диалогу».

Что задело тебя больше всего?

«Что даже взрослые женщины набросились на меня, я ведь могла быть их дочерью. Вместо того чтобы прийти и объяснить, подход был: «сделаем порочащее видео и исказим ситуацию». На самом деле «Аркафе» взяли меня как будущую молодую маму для продвижения их нового торта, и это легитимно. Это то, чем я занимаюсь в жизни, я продвигаю бренды. Но как они превратили это в то, что я продвигаю смеси и выступаю против грудного вскармливания? У меня нет проблем с критикой, но то, как они выражались и разносили меня, было просто нелегитимно. Я ни на секунду не говорила, что не буду кормить грудью, я сама планирую это делать, так зачем так уничтожать меня?»

Так ты чувствовала, что тебя пытаются уничтожить?

«Я чувствовала, что весь огонь направлен на меня. Назвали меня преступницей, это было очень преувеличено».

Как ты справилась?

«Мой агент и доула успокоили меня, и, к счастью, Ифтах не волнуется из-за комментариев, и это укрепило меня. Вокруг моей свадьбы тоже было много шума, говорили, что платье было провокационным, но меня это не тронуло. Когда я делаю что-то, в чем уверена, комментарии не тянут меня вниз, но мне было трудно с этим дискурсом. Я поняла, почему женщины не показывают своих детей и не сообщают о своей беременности в сети, потому что это сложная тема. Если политика — это тема, о которой сложно говорить, то сразу после нее идет беременность и материнство. С того момента это заставило меня дважды подумать перед тем, как делиться чем-либо. Я не хочу быть знаменосцем этих споров».

Ты жалеешь о кампании?

«Вовсе нет, я бы сделала это снова. Я думаю, что здесь есть потрясающий продукт и супер-легитимное высказывание. Люди поставили смесь на передний план, но в торте нет смеси, и это не часть дела. Критики также не остановились, чтобы подумать, что чувствуют все мамы, которые пользуются смесями, и не подрывают ли они их уверенность. Есть женщины, которые не могут кормить грудью, так что, они плохие матери? Вы женщины, которые вырастили детей, вы понимаете, насколько это чувствительная, сложная и комплексная тема для каждой женщины, так почему вместо того, чтобы расширять возможности, давать инструменты и знания, вы выбираете принижать? Каждая мама хороша, и даже если ты будешь кормить или нет, это не определит твое материнство».

---

«Я всегда выглядела на 16, а внезапно чувствую себя женщиной»

Азулай (24 года) скоро станет матерью, спустя год после того, как она и ее муж, баскетболист Ифтах Зив, поженились. Вместе с большой радостью приходят опасения и мысли. «Слава Богу, у меня есть почти недостижимая модель — родители, которые установили высокую планку, и я спрашиваю себя, как я буду такой, как я достигну уровня уверенности, отдачи и любви, которые получила я. Моя мама буквально остановила свою жизнь, когда родила детей, и это не то, что я вижу себя делающей. Отсюда приходит мой самый большой страх: как не отказаться от себя во время воспитания детей».

Ты советуешься с подругами из индустрии по этому поводу?

«Не слишком много, также потому, что у меня не так много подруг из этой сферы, которые являются частью моей повседневной жизни, и также потому, что, слава Богу, я делаю все первой, как в карьере, так и в личной жизни, так что мне действительно не с кем делиться и советоваться. Я не говорю это с грустной песней на фоне, но это чувство одиночества. Все, через что я прохожу в первый раз, проходит и мое окружение в первый раз, поэтому я должна вмещать волнение всех в дополнение к своему волнению и опасения всех в дополнение к своим опасениям. Большую часть времени я в порядке с этим, но это также ответственность».

Это тяготит тебя?

«В целом я не человек, который придает большое значение вещам, если со мной что-то случается, я обычно перевариваю это сама и иду дальше. Я не требую многого от своего окружения, и я также лечусь у психолога, что очень помогает. Только в последние недели до меня дошло, что я к концу беременности и что я могу сказать своему агенту, что остаюсь сегодня дома, ничего не делая. Это то, чего я не знаю, потому что если есть работа, то она прежде всего».

Ты уже думаешь о декретном отпуске?

«Я в вайбе «дойдем до моста и перейдем его». Я очень планирую, и все время думала, что быстро вернусь к работе, но внезапно во время беременности сказала себе, что не знаю, что будет, и попросила своего агента: «Ни на что не подписывайся». Тот, кто знает меня и знает, что я могу дать, также даст мне время, которое мне нужно. Это очень трудное решение, потому что я трудоголик до мозга костей и не умею говорить «нет» работе, но, может быть, я внезапно обнаружу, что я не такая легкая, когда дело касается детей, и я буду той напряженной мамой, которая не готова расстаться со своим ребенком. Я выросла у очень тревожной мамы, так что, может быть, я тоже буду такой внезапно, хотя у меня есть много помощи, которая не является само собой разумеющейся. У меня также есть финансовая возможность купить помощь за деньги, и это не стыдно».

Насколько ты любишь себя во время беременности?

«Я чувствую себя, слава Богу, самой сексуальной, какой когда-либо была. Я всегда выглядела на 16, а внезапно чувствую себя женщиной. Я чувствую, что это выводит из меня мои самые красивые стороны, и это также одна из причин, почему я очень наслаждаюсь беременностью».

Ты занимаешься днем после? Возвращением к своему телу?

«Не с точки зрения возвращения к себе во внешности, а с точки зрения того, что спорт — это моя жизнь, а также моя работа. Мне очень не хватает тренировок, я человек, который любит, когда ему больно и когда мышцы забиты, и недавно я перестала тренироваться, потому что почувствовала, что это уже может навредить. Спорт — это мой побег, это моя тишина, и я пожертвовала этим ради беременности, но сразу после я вернусь».

Всегда мечтала быть молодой мамой?

«Да, моя мечта — достичь 45 лет, как моя мама, и быть лучшей подругой своих детей. Я также чувствую, что все меняется к лучшему, я всегда мечтала быть актрисой в Голливуде и совершить релокацию, но, к сожалению, мы в период, когда нас не очень хотят в мире. Я смотрю на позитивную сторону и понимаю, что это дает мне спокойствие распределить свои мечты, может быть, это мое время рожать детей, и когда им будет пять-шесть лет, Ифтах как раз закончит свою карьеру, и мы осуществим мечту в Голливуде».