Песах 1948: пасхальный Седер под огнем в преддверии независимости

«Маттитьягу Вайнберг в Шаар-ха-Амаким, сообщи, прибыл ли ты домой благополучно, твой отец», «Яша Янкелевич, Иерусалим, беспокоимся о тебе», «Семьям Аарон и Сассон в Хайфе, у нас всё в порядке. С праздником всех вас, от семей Сассон и Акони». В дни, предшествовавшие кануну Песаха 1948 года, ежедневная рубрика «Очень срочно!», публиковавшаяся в газете «Аль ха-Мишмар», состояла из коротких сообщений, наполненных тревогой и стремлением установить связь, чтобы успокоить опасения. И для тревоги были веские причины.

В канун Песаха 5708 года, 23 апреля 1948 года, страна пылала от боев между еврейским и арабским населением. В течение пяти месяцев, с момента принятия решения ООН о разделе страны, велись кровопролитные сражения. Британцы объявили, что 15 мая покинут страну. За два дня до пасхального Седера командующий силами в Хайфе объявил об эвакуации своих подразделений из районов города и их сосредоточении в анклаве в порту. В течение суток силы «Хаганы» заняли город, и десятки тысяч арабских жителей покинули его. Хайфа, как и Тверия тремя днями ранее, перешла под еврейский контроль.

Это не был радостный праздник. Еврейское население Иерусалима находилось в осаде с мизерным запасом продовольствия. За десять дней до праздника были убиты 78 членов медицинской и гражданской делегации, направлявшихся в еврейский анклав на горе Скопус. Четырьмя днями ранее еврейские бойцы перебили более ста жителей арабской деревни Дейр-Ясин. За три дня до праздника 22 бойца Пальмаха погибли во втором бою за взятие крепости Наби-Юша в Верхней Галилее. Кибуцу Мишмар-ха-Эмек удалось отбить попытку захвата, длившуюся 11 дней тяжелых боев, ценой жизни 19 защитников.

Тяжелые бои шли и в Рамат-Йоханане, где защитники отбили атаку крупных сил ценой 22 погибших, среди которых был Зохар Даян, оставивший трехмесячного сына Узи — будущего заместителя начальника Генштаба. Его отец, Шмуэль, через полгода был избран в Кнессет. В Нижней Галилее бойцы удерживали позиции до последнего: в Бейт-Кешете перед праздником отметили тридцать дней со дня гибели семи членов кибуца, что составляло четверть всех жителей поселения. Среди них был Эли Бен-Цви, сын Ицхака Бен-Цви, будущего депутата Кнессета первого созыва и второго президента Израиля.

«Идея исхода из дома рабства стоит во главе праздника народа. Он дышит и пылает этой идеей во всех своих стремлениях, и тоска по родине — его наследие», — было написано на обложке «Дневника Эйн-Харод», который раздали членам хозяйства накануне праздника. Было ясно, что через три недели ситуация ухудшится и с уходом британцев арабские армии присоединятся к боевым действиям. «Боли нужды — наш удел, и бремя тягот лежит на нас из поколения в поколение. Однако сейчас мы отпразднуем наш праздник, и крыло скорби с ним», — добавила редактор дневника. «Мы — потомки народа, который сражался на всех фронтах битвы человеческой мысли и на многих чужих полях смерти. В эти праздничные дни сражаемся мы, наши сыновья и дочери, на наших полях, возле наших хозяйств, возле наших домов».

Было очевидно, что с уходом британцев еврейский ишув объявит о создании независимого государства. Ожидание этого дня смешивалось с тревогой. Безопасности сопутствовал дефицит средств ведения боя и товаров первой необходимости. За четыре дня до пасхального Седера Национальный комитет объявил о создании ведомства по контролю за запасами. Контролер издал указ, включив в список подконтрольных товаров десятки позиций: литейный чугун, гвозди, шерсть, веревки и бинты.

«Не как возлежащие проведем мы пасхальный Седер в этом году, а вооруженные и начеку. Ибо ожесточилось сердце фараона, и запряг он колесницу свою, чтобы преследовать нас и вернуть нас в дом рабства», — писала газета «Давар». «Этот пасхальный Седер будет в большинстве наших мест военным: в лагерях, в приграничных кварталах и в поселениях сядут за стол в форме, в строю — и ухо будет чутко к происходящему снаружи, и многие проведут Седеры на позициях».

Спустя день Натан Альтерман написал в «Седьмом столбце» стихотворение «Ночь пророка Илии»: