Почему при укреплении шекеля цены в супермаркетах остаются высокими?

Возвращение в девяностые: неделя, когда доллар сменил первую цифру

Вспомните 1995 год: Второй канал только начинал вещание, интернет был экзотикой, а курс доллара опустился ниже отметки в три шекеля. Кто бы мог подумать, что в 2026 году мы вернемся к тем же значениям. Такое укрепление национальной валюты стало результатом сочетания оптимизма на фоне завершения войны, успехов сектора хайтека и роста экспорта израильского газа. Высокий спрос на шекели сделал их «хозяйкой положения» на валютном рынке.

Это выгодно для зарубежных поездок или покупок на Amazon, но создает проблемы для тех, кто инвестировал сбережения в американский индекс S&P 500. За последний год индекс вырос на 30%, однако укрепление шекеля «съело» значительную часть этой прибыли при конвертации. С другой стороны, для тех, кто только планирует выход на рынок, покупка акций Apple или Nvidia сейчас выглядит как распродажа со скидкой из-за выгодного обменного курса.

Парадокс цен: почему тунец не дешевеет?

Возникает закономерный вопрос: если доллар упал, почему товары в супермаркетах не стали доступнее? Большинство продуктов импортируются, и при слабом долларе затраты поставщиков снижаются. Однако в израильской реальности цены обладают «плохой памятью»: они быстро растут при ослаблении шекеля, но крайне неохотно снижаются при его укреплении. Разница зачастую оседает в карманах торговых сетей, пока потребители ждут обещанного удешевления.

Единственное место, где победа шекеля ощущается немедленно — это онлайн-покупки. Международные гиганты, такие как Amazon или AliExpress, оперативно реагируют на колебания валют. Кроме того, освобождение от НДС при покупках до 130 долларов позволяет совершать выгодные приобретения, что становится для среднего израильтянина единственным способом противостоять высокой стоимости жизни.

---

Уроки Венгрии: когда демократия под угрозой

На этой неделе Венгрия Виктора Орбана пережила политический сдвиг: 16 лет правления завершились поражением на выборах. Причиной стали инфляция в 25%, коррупция, захват судебной системы и конфликт с Европейским союзом. Орбан действовал систематически: переписывал конституцию, ставил лояльных людей в суды и передавал государственные активы в частные фонды.

В Израиле ситуация вызывает тревогу из-за схожих процессов. Обсуждение в Верховном суде дела Итамара Бен-Гвира обнажило беспрецедентное давление на правовую систему. Для многих членов коалиции ослабление судов — это инструмент для достижения личных целей: отмены уголовных процессов или продвижения радикальной идеологии. В отличие от Венгрии, Израиль находится в состоянии затяжной войны, что делает нагрузку на общество и экономику критической.

Индекс потребительских цен: реальность против статистики

Опубликованный индекс потребительских цен за март показал рост всего на 0,4%, снизив годовую инфляцию до 1,9%. Однако этот показатель напоминает «фильтр в Instagram»: он выглядит привлекательно, но не отражает реальных расходов граждан. Методология ЦСБ не учла резкий скачок цен на авиабилеты и другие факторы, с которыми сталкиваются люди в повседневной жизни.

Тем не менее, производители в Израиле и США удерживают цены, опасаясь падения спроса. Они предпочитают снижать маржу, чтобы не остаться с нераспроданными товарами. Это дает Банку Израиля основания для снижения процентной ставки, однако потребителям не стоит ожидать немедленного снижения цен в магазинах.

Развод Cal и El Al: что будет с баллами?

Разрыв партнерства между кредитной компанией Cal и авиакомпанией El Al привел к юридическому спору. El Al планирует перейти к сотрудничеству с Isracard, но Cal настаивает на эксклюзивности контракта до конца 2026 года.

Что важно знать потребителю:

• Накопленные баллы «Матмид» остаются в безопасности, так как они принадлежат авиакомпании.

• С января 2027 года карты Cal перестанут накапливать баллы El Al.

• Владельцы карт American Express (принадлежащих Isracard) не почувствуют изменений.

Кредиты как «укол бодрости»

Министерство финансов представило программу «Трек Ари» — кредиты под государственные гарантии для малого бизнеса. Условия (прайм плюс 1,7%) не являются льготными, а по сути предлагают предпринимателям, пострадавшим от войны, взять на себя новые долги. Многие самозанятые до сих пор не получили компенсации за месяцы простоя, и вместо прямой помощи государство предлагает им кредитную нагрузку, что лишь повышает риск банкротства в долгосрочной перспективе.