Прецедент «тайности»: БАГАЦ аннулировал голосование по госконтролеру

В одной из своих работ Спиноза рассуждал о том, как следует определять «круг» и останется ли он таковым, если убрать одно или несколько его свойств. «Идеальное определение должно объяснять самую внутреннюю сущность вещи», — утверждал философ. В деле, рассматриваемом Верховным судом (БАГАЦ) относительно избрания государственного контролера, судьи анализировали понятие «тайности», закрепленное в Основном законе как обязательное условие голосования, и пытались определить, какое именно нарушение этого принципа делает процедуру недействительной.

Судьи пришли к выводу, что после того, как несколько депутатов Кнессета сфотографировали свои бюллетени, принцип тайности был нарушен, и аннулировали результаты голосования. При этом признание большинства судей в том, что не каждое нарушение влечет за собой столь радикальные последствия, наводит на мысль: у БАГАЦа была возможность впервые четко определить критерии «тайности», не вмешиваясь при этом в решение законодательного органа.

Основной закон о государственном контролере предписывает, что процедура выбора должна быть тайной. В ходе заседания судья Дафна Барак-Эрез спросила представителя партии «Ликуд»: «Обязана ли при тайном голосовании быть ширма?», на что получила утвердительный ответ. На уточняющий вопрос: «А если ширма прозрачная, есть ли тайность?», представитель ответил отрицательно. Судья Амит отметил:

«Толкование, согласно которому тайное голосование может означать также и нетайное, не согласуется с формулировкой Основного закона и его целью.»

Судья Солберг подчеркнул, что формулировка закона ясна, а консервативное правосудие должно строго придерживаться буквы закона. Тем не менее, трудно отделаться от мысли, что из-за действий лишь нескольких депутатов, сфотографировавших процесс вопреки Основному закону, результаты голосования были аннулированы. Подобная практика имела место и в прошлом, однако юридическая служба Кнессета никогда не квалифицировала это как нарушение. Более того, слухи об указании депутатам фотографировать бюллетени не были доказаны.

Большинство судей признали, что если бы речь шла только о фотографиях, а не о видеофиксации, голосование, возможно, не было бы отменено. Возникает вопрос: действительно ли разрыв между фотографией и видео настолько значителен? У судей была иная, более взвешенная возможность — установить четкие правила тайности и запретить любую съемку в будущем, не аннулируя при этом текущее голосование. Таким образом, БАГАЦ мог бы настоять на соблюдении Основных законов, избежав при этом прямого вмешательства в решения Кнессета.