Раскол в руководстве Ирана: правительство против ограничений интернета

В качестве еще одного свидетельства раскола в иранской верхушке, в воскресенье пресс-секретарь президента Ирана Масуда Пезешкиана выступил против новой политики в области интернета, продвигаемой силовым ведомством страны. В своем аккаунте в сети X Сейед Мехди Табатабаи написал, что президент «решительно выступает против введения ограничений на доступ общественности к международному интернету». Он добавил, что, хотя план был предназначен для борьбы с рисками безопасности в условиях войны, органы безопасности не смогли разъяснить его цели широкой общественности.

Доступ большинства населения Ирана к интернету был ограничен с начала войны 28 февраля. Согласно данным организации NetBlocks, отслеживающей сетевую активность, этот период стал самым масштабным отключением интернета, которое когда-либо навязывало государство своему населению. К этому сроку следует добавить отключение сети во время протестов в январе, длившееся около 20 дней, и ограничения, введенные во время 12-дневной войны с Израилем в июне. В течение всего этого периода рупоры режима сохраняли доступ к внешнему миру.

Население Ирана традиционно было одним из самых цифровизированных в регионе, поэтому тот факт, что большинство граждан провели почти две трети 2026 года в «цифровой тьме», имеет серьезные последствия. По данным Торговой палаты Ирана, ежедневный ущерб цифровой экономике составляет от 30 до 80 миллионов долларов, а по словам заместителя министра труда Голам-Хоссейна Мохаммади, с начала войны более миллиона граждан потеряли работу.

Программа «Интернет Про», утвержденная Высшим советом национальной безопасности около двух недель назад, призвана разрешить доступ к международному интернету ограниченным группам лиц: владельцам бизнеса, экспортерам, врачам, адвокатам, инженерам и журналистам, лояльным режиму. Услуга предоставляется за плату в размере около 2 миллионов томанов за пакет при условии подтверждения личности. Критики внутри Ирана называют эту программу «классовым интернетом», утверждая, что она закрепляет цифровую систему каст, в которой широкая общественность остается отключенной в пользу владельцев капитала и приближенных к власти лиц.

Табатабаи подчеркнул, что программа «полностью противоречит политике правительства и позициям президента». Он пояснил, что если решения об ограничении связи и принимались «в исключительных обстоятельствах страны и в силу военных обязательств, то речь идет исключительно о ситуативных и временных мерах». Он пообещал, что «с выходом из этой ситуации доступ к международному интернету, как естественное право всех граждан, будет обеспечен в более высоком качестве, чем прежде».

Касаясь утверждений о том, что программа является источником дохода для режима, Табатабаи заявил, что «подобное мнение — лишь вводящая в заблуждение интерпретация», однако выступил с резкой критикой в адрес силовых структур: «Те, кто обязан объяснять вещи общественности и убеждать общественное мнение — это уполномоченные органы, включая Высший совет по киберпространству, министерство связи и Национальный киберцентр. В этом их работа оказалась неэффективной».

Табатабаи не одинок в своей позиции. Первый вице-президент Мохаммад-Реза Ареф заявил на этой неделе, что «равный и недискриминационный доступ к интернету должен быть предоставлен всем слоям общества».

Пресс-секретарь правительства Фатима Мохаджерани сообщила официальному информационному агентству ИРНА, что «"Интернет Про" не предназначен для лишения общественности права на интернет», но признала, что «на практике сегодня это происходит иначе».

В январе этого года, на фоне волны протестов, сообщалось, что режим продвигает проект, позволяющий осуществить постоянное отключение страны от глобальной сети при сохранении внутренней инфраструктуры. Тогда сын президента, Юсуф Пезешкиан, выступил с резкой критикой политики блокировки: «Закрытие интернета — это как стереть упражнение вместо того, чтобы решить его. Органы безопасности опасаются, что возвращение интернета подорвет спокойствие, но больший страх заключается в том, что отключение углубит разрыв между народом и властью».

Заявление Табатабаи вписывается в модель, которая усиливается в последние недели — открытых трений между гражданской верхушкой во главе с президентом-реформистом и ястребиным силовым ведомством.

В начале марта Пезешкиан опубликовал видео, в котором извинился перед странами Залива за атаки против них, однако СМИ, близкие к Корпусу стражей исламской революции (КСИР), и консервативные фигуры подвергли его критике, что вынудило президента публиковать разъяснения. 17 апреля министр иностранных дел Аббас Аракчи объявил, что Ормузский пролив «полностью открыт» для прохода торговых судов, но менее чем через 24 часа КСИР выступил с противоположным заявлением о повторном закрытии пролива. Агентство «Тасним», близкое к КСИР, тогда атаковало Аракчи, назвав его заявление «плохим и неполным».