Рекордный «индикатор Баффета»: почему фондовый рынок США находится на грани краха

Американский фондовый рынок в последнее время кажется неуязвимым. Ни войны, ни инфляционное давление, ни высокие процентные ставки, ни замедление темпов экономического роста, ни даже растущие сомнения в отчетности корпораций и перспективах новых технологий не могут остановить это ралли. Однако за фасадом силы скрываются веские причины для серьезных опасений относительно будущего Уолл-стрит.

Первая проблема заключается в склонности инвесторов полагать, что война в Иране будет скоротечной, основываясь на концепции «Трамп всегда пасует» (TACO). При этом рынок игнорирует риск противоположного сценария — «нет никаких шансов, что Ормузский пролив откроется» (NACHO). Более того, рост рынка опасно сконцентрирован на технологическом секторе. Совокупная стоимость производителей полупроводников с капитализацией более 10 миллиардов долларов подскочила на 26% с февраля, а европейский индекс чипов вырос примерно на 75% за тот же период. Развивающиеся рынки сегодня также почти полностью зависят от производителей чипов, таких как TSMC и Samsung.

Часть инвесторов попыталась диверсифицировать портфели, перейдя в сырьевые и оборонные компании или акции HALO — традиционные предприятия, владеющие твердыми физическими активами. Хотя они извлекли выгоду из войны в Иране, динамика их цен не соответствует рыночному нарративу о скором завершении конфликта. Высокие цены на нефть в конечном итоге ведут к разрушению спроса, что снижает цены и бьет по прибыли. Многие компании HALO являются капиталоемкими и страдают от волатильной и цикличной прибыли.

В то же время корпоративные отчеты, на которые полагаются инвесторы, обращены в прошлое и игнорируют текущие реалии. Показатель EBITDA сегодня в равной степени может трактоваться как «прибыль до Ирана, пошлин и заявлений Трампа». Автопроизводители и тяжелая промышленность уже ощущают удар от стоимости сырья и высоких ставок, а цена авиационного топлива, подскочившая более чем на 70% с начала конфликта, нанесла тяжелый урон авиакомпаниям, став фактором краха Spirit Airlines и потери 17 000 рабочих мест.

Параллельно с этим ожидается, что технологические гиганты пострадают от колоссальных инвестиций в проекты ИИ, которым может быть трудно генерировать доходность на вложенный капитал. Эти расходы поглощают большую часть свободного денежного потока, ограничивая возможности компаний по выкупу акций и выплате дивидендов.

История показывает, что инновационные технологии редко вознаграждают инвесторов на начальных этапах: требуются годы, пока инфраструктура будет полностью задействована, производительность вырастет, а прибыль станет стабильной. Многие из проектов, получивших завышенные оценки, в итоге рушатся.

Цены на рынке сегодня поддерживаются ограниченным числом рискованных сделок, таких как слияние Skydance и Paramount или ожидаемое IPO SpaceX с оценкой около 1,75 триллиона долларов. Эти показатели требуют неправдоподобного роста прибыли или дальнейшего расширения и без того экстремальных мультипликаторов.

Здесь в игру вступает «индикатор Баффета» — соотношение стоимости американского фондового рынка к ВВП, — которое вплотную приблизилось к пугающему уровню в 230%. Для сравнения: в 1929 году этот показатель составлял 65%, в 1987 году — 90%, а на пике пузыря доткомов в 2000 году — 170%.

Все это происходит на фоне ослабления реальных экономических условий. Поскольку восстановление поставок энергии и сырья займет много времени даже после окончания войны с Ираном, цепочки поставок останутся ограниченными, а цены — высокими. Полное влияние подорожания базовых товаров проявится лишь постепенно, по мере того как дефицит будет просачиваться вглубь экономики.

Высокая инфляция означает сохранение высоких процентных ставок, что душит рынок ипотеки и жилья. Кроме того, растет давление из-за раздувающихся государственных дефицитов: администрация США стремится увеличить оборонный бюджет на 44%, до 1,5 триллиона долларов. Эти факторы уже бьют по потреблению: домохозяйства в нижней трети распределения доходов тратят на 7% меньше, чем до войны в Иране.

Большая часть роста рынка сегодня движима «покупателями импульса», такими как алгоритмические трейдеры и биржевые фонды (ETF) — хрупкими силами, способными изменить направление в мгновение ока. Инвесторы придерживаются веры в то, что администрация США поддержит цены стимулами, но на практике пространство для снижения ставок или увеличения расходов ограничено уровнями долга и инфляцией.

Цены опираются на миф «TINA» (нет альтернативы), согласно которому деньги должны куда-то идти. Молодые розничные инвесторы, не переживавшие кризисов, продолжают выкупать каждое падение, считая, что акции только растут, — это нереалистичные и опасные убеждения.

Пузырь доткомов конца 90-х годов служит историческим предупреждением: когда он лопнул, ведущие компании — Microsoft, Apple, Oracle и Amazon — рухнули на 65%, 91%, 88% и 94% соответственно, и им потребовались годы, чтобы вернуться к пиковым значениям 2000 года.

Сегодня инвестиции в ИИ могут быть в 17 раз больше, чем в доткомы, и в 4 раза больше, чем в пузырь субстандартного ипотечного кредитования 2008 года. Хуже того, они финансируются за счет долга: объем обязательств, напрямую связанных с ИИ, составляет около 1,2 триллиона долларов, или 14% от всего долга инвестиционного уровня. Нынешний скачок называют «торговлей высшим счастьем», но инвесторам стоит помнить, что в жизни нет абсолютного счастья — есть лишь его искры, которые могут погаснуть.