Решение иранской проблемы: региональный альянс стран Залива и Израиля

Война с Ираном достигла исторического перекрестка, требующего создания новых правил игры. Четыре основные стратегии, применявшиеся в отношении Ирана в последнее десятилетие, не смогли остановить его стремление к военному ядерному потенциалу и созданию арсенала наступательных ракет беспрецедентного масштаба: ни стратегия переговоров и компромисса («стратегия Обамы»), ни стратегия санкций и сдерживания («стратегия Трампа»), ни стратегия тайного демонтажа («стратегия Дагана»), ни нынешняя стратегия интенсивной военной деятельности («стратегия Нетаниягу — Трампа»).

После более чем трех недель активных боевых действий становится очевидна ограниченность исключительно военных достижений. Перед лицом региональной экзистенциальной угрозы необходимо выстроить систему коллективной, а не разрозненной государственной обороны. История уже предоставила нам модель такой системы.

После Второй мировой войны разрушенная и разделенная Европа столкнулась с советской угрозой. Альянс НАТО, основанный в 1949 году, создал коллективную стратегическую базу, основанную на сдерживании и сотрудничестве. Основополагающий принцип альянса изменил баланс сил: нападение на любого из членов НАТО стало рассматриваться как нападение на всех, включая США.

Однако региональная история также учит нас цене упущенного момента. Накануне первой войны в Персидском заливе в 1990 году и гражданской войны в Сирии в 2011 году страны региона распознали угрозы, но не смогли организовать заблаговременное сдерживание. Результатом стали разрушительные войны и затяжная нестабильность.

Несдерживающая реакция

Ближний Восток марта 2026 года находится в аналогичной точке. Иран представляет собой радикальную угрозу: он финансирует прокси-организации, атакует территории стран региона ракетами и продвигает ядерную программу. Региональная реакция до сих пор была разрозненной и неэффективной. Официальный альянс изменит это в корне. В него могут войти страны, подвергшиеся нападению, государства «северного периметра» Ирана — Туркменистан и Азербайджан — и, разумеется, США. Альянс будет базироваться на пяти столпах:

Коллективное сдерживание: удар Ирана по одной стране повлечет совместный ответ всех участников.
Решительная приверженность предотвращению появления ядерного оружия у Ирана через скоординированный региональный механизм.
Интегрированная система противовоздушной обороны: единый «региональный купол» для защиты от ракетного арсенала.
Совместная борьба с экспортом иранского терроризма: обмен разведданными и война с инфраструктурой прокси.
Американский стратегический зонтик: предотвращение региональной гонки ядерных вооружений.

Такая архитектура безопасности станет стратегической реализацией военных достижений США и Израиля. Страны региона возьмут на себя обязательство по коллективной борьбе, а США — по ее успеху.

Израильский интерес

Израиль заинтересован в создании такой модели для сдерживания Ирана. Подобный альянс станет катализатором регионального сотрудничества — экономического, технологического и политического, подобно тому как НАТО способствовало стабильности в Европе.

Вызов огромен: в отличие от Европы 1949 года, Ближний Восток пропитан подозрительностью и исторической напряженностью. Но союзы создаются не только перед лицом опасности, но и по выбору. Это подходящее время для лидеров региона отказаться от логики действий в одиночку.

Существует арабская пословица: «Я и мой брат против моего кузена, а я и мой кузен против чужака». Иранский режим наглядно продемонстрировал, что считает себя «чужаком» в регионе. В этой реальности Израиль и страны региона должны превратить мудрость пословицы в стратегический принцип действия.

Профессор Боаз Ганор — президент Университета Райхмана и основатель Института противодействия терроризму (ICT). Полковник (рез.) Лиор Лотан — глава кафедры Шэлег по исследованию кризисов в Университете Райхмана.