Секретная жизнь в Ормузе: иранцы на островах у ключевого морского пути
Ормузский пролив известен в мире прежде всего как стратегическая артерия, однако для местных жителей, населяющих прилегающие острова, он является домом и источником средств к существованию. Война и региональная нестабильность нанесли тяжелый удар по экономике этих территорий, поставив под угрозу как туристический сектор, так и традиционные промыслы.
Война между Ираном, Израилем и США, а также продолжающиеся столкновения в регионе даже после прекращения огня, дестабилизировали мировые рынки нефти и нарушили цепочки поставок. Однако эти события нанесли не менее серьезный удар по жизни иранских граждан, проживающих на островах вблизи Ормузского пролива.
Одним из крупнейших населенных пунктов региона является остров Кешм, где проживает около 150 тысяч человек. В беседе с агентством Bloomberg Али, владелец отеля на острове, поделился своими переживаниями: «Атаки в регионе заставляют меня нервничать, но я все же предпочитаю оставаться здесь, а не возвращаться в Тегеран». Али — один из сотен жителей иранской столицы, которые в последние годы превратили Кешм во второй дом. После ужесточения санкций США в 2018 году иранский средний класс столкнулся с невозможностью позволить себе отдых за границей, что привело к росту популярности местных курортов.
Большинство жителей островов принадлежат к суннитскому меньшинству Ирана. Их благополучие напрямую зависит от пролива: рыболовства, морских перевозок, неформальной торговли и контрабанды. Хотя часть консервативного населения с подозрением относится к развитию туризма, другие видят в нем ключ к экономическому развитию. «Для меня важно создать правильную среду для туризма, это должно происходить здесь», — отмечает местный житель Мухаммад.
Утраченное процветание
До эпохи нефти пролив был важным торговым узлом для специй, тканей и жемчуга. «Поколения выросли здесь с ощущением, что они находятся в центре коммуникационной сети, соединяющей иранские семьи с их соседями в Дубае, Шардже и Маскате», — поясняет Мухаммад. Нарушение этого многовекового симбиоза стало одним из самых болезненных последствий войны.
Али вспоминает, что до начала боевых действий в феврале его отель был заполнен на протяжении пяти лет. «Это стало очень модным, и местные жители были рады, так как это давало им работу», — говорит он. Теперь доходы иссякли, и многие, включая самого Али, вынуждены жить на сбережения или распродавать имущество. Торговцы и рыбаки опасаются выходить в море из страха попасть под огонь американских сил.
Трагедии в проливе
К середине 2026 года Ормуз стал синонимом войны, затронувшей как иранцев, так и их арабских соседей. В ходе американо-израильских авиаударов по всему Ирану погибли тысячи людей. Одной из самых трагических страниц стала атака на городок Минаб, где была разрушена начальная школа, что привело к гибели 120 детей. Иранские власти возложили ответственность на США, хотя официального признания со стороны Вашингтона не последовало.
Эти события напомнили иранцам о катастрофе 1988 года, когда над проливом был сбит самолет рейса 655 Iran Air, в результате чего погибли 290 человек.
Несмотря на подписание меморандума о взаимопонимании и перспективу прекращения враждебных действий, статус Ормузского пролива в глазах мирового сообщества изменился. Иран и Оман заявили о намерении самостоятельно контролировать судоходство в проливе, что вызывает широкое сопротивление со стороны Запада. «Это очень закрытый, интимный участок моря. Люди здесь верят, что он является частью Ирана и Омана, и что за него нужно взимать пошлину. Это кажется им логичным», — заключает Али.
