Сэм Альтман и компании ИИ поглощают Голливуд изнутри
Отказ Amazon от дистрибуции фильма «Artificial», критикующего генерального директора OpenAI Сэма Альтмана, высветил проблему зависимости Голливуда от технологических гигантов. В эпоху, когда студии тесно связаны с бигтехом, художественная свобода всё чаще становится жертвой корпоративных интересов.
1
Фильм «Artificial» должен был отправить своих создателей на красные дорожки предстоящего наградного сезона. С признанным режиссером Лукой Гуаданьино («Назови меня своим именем») у руля, звездным составом (Эндрю Гарфилд, Моника Барбаро, Купер Хоффман) и солидным производственным бюджетом в 40 миллионов долларов, картина была готова к дистрибуции и созданию культурного резонанса. Однако последовало неожиданное сообщение от Amazon: корпоративно-вежливым тоном компания объявила об отказе от прав на дистрибуцию, добавив, что «всем будет лучше, если фильм будет распространяться другой стороной».
Многим этот шаг показался проявлением страха. Скорость, с которой Amazon избавилась от этой «горячей картофелины» после того, как год назад с помпой одобрила производство, вызвала подозрения в попытке художественной цензуры. Согласно слухам с предварительных показов, Гуаданьино изображает объект фильма, генерального директора OpenAI Сэма Альтмана (Гарфилд), в мрачном и угрожающем свете, рисуя пророчество о том, как искусственный интеллект повлияет на человечество. В прежние времена Голливуд праздновал бы подобную драму, но сегодня он всё чаще оказывается под тихой добровольной цензурой.
2
Чтобы понять, почему эта история вызвала такой резонанс, достаточно взглянуть на финансовые отчеты Amazon за прошлый февраль. Тогда компания подписала сделку на сумму около 50 миллиардов долларов, став поставщиком облачных услуг и инфраструктуры для OpenAI. Киностудийный бизнес — лишь малая часть деятельности Amazon, незначительное подразделение в огромной экосистеме ритейла и технологий. Когда развлекательное подразделение создает продукт, который грозит разозлить крупного стратегического партнера материнской компании или создать негативный имидж бизнесу, в который Amazon инвестирует, искусство приносят в жертву.
Приобрела ли OpenAI в рамках пакета услуг, явно или неявно, молчание студии? Покупают ли технологические монстры иммунитет от критики? Сами эти вопросы и готовность Голливуда пожертвовать инвестициями в 40 миллионов долларов, чтобы не смущать технологического гендиректора, доказывают, что корпоративный интерес диктует свои правила.
3
Шестнадцать лет назад произошел поворотный момент в отношениях Голливуда и Кремниевой долины — выход фильма «Социальная сеть» (2010) Дэвида Финчера и Аарона Соркина. Марк Цукерберг и Facebook вели тогда войну на уничтожение, пытаясь лишить фильм содержания. Угрозы исками о клевете в адрес студии Sony и армия пиарщиков, работавших над тем, чтобы представить сценарий как фантазию, не помогли. Sony отказалась сдаваться и выпустила фильм, а Цукерберг — поняв, что ничего не поделаешь — попытался «обнять» картину: купил билеты для всех своих сотрудников и даже появился в скетче на «Saturday Night Live» вместе с Джесси Айзенбергом, чтобы сбить накал страстей.
Было уже слишком поздно. Фильм закрепил образ Цукерберга как корпоративного социопата. Сэм Альтман, по-видимому, выучил горький урок: как только кино закрепляет нарратив, ничто — даже огромный коммерческий успех — его не исправит. Тревожная разница заключается в том, что Альтману, вероятно, даже не нужно было звонить, угрожать иском или отправлять пиарщиков. После того как крупные студии были поглощены технологическими империями, встроенный конфликт интересов делает работу по замалчиванию сам по себе.
4
Немедленным результатом стал «охлаждающий эффект». Гигантские студии Голливуда сигнализируют создателям не заниматься этими влиятельными людьми. Когда сигнал принят, Голливуд превращается в стерильное пространство, а провокационный контент ищет убежища у независимых дистрибьюторов. Это произошло с «Artificial», который был вынужден перейти к независимой компании Neon после того, как гиганты вроде Netflix, Focus (подразделение качественного кино Universal) или A24 (которая также делит инвесторов с OpenAI) отказались к нему прикасаться.
Эта ситуация повторяет драму вокруг фильма «Ученик» о Дональде Трампе, который с трудом нашел дом, пока маленький инди-дистрибьютор не сделал на него ставку вплоть до церемонии «Оскар». Переход к Neon — это больше, чем просто смена логотипа. Это удар по способности фильма охватить широкую аудиторию. Существует глубокая пропасть между ним и монструозной маркетинговой машиной Amazon, способной превратить фильм в огромное событие. Когда картина переходит от Amazon к Neon, она перемещается из мейнстрима в «гетто» синематек. Голливуд, возможно, не сжег пленку Гуаданьино, но позаботился о том, чтобы сузить её путь к общественному сознанию.
5
Трудно отделить решение Amazon от напряженной истории отношений Голливуда с OpenAI. Для киноиндустрии Сэм Альтман — человек, который чуть не сжег дом вместе с его обитателями. Не так давно его компания представила миру «Sora», модель «текст-в-видео», угрожавшую сделать ненужной целую индустрию работников. Амбициозный проект был закрыт, возможно, из-за жесткой реакции и войн за авторские права. Но тот, кто видел в его закрытии победу человеческого духа над машиной, получает сейчас жестокую иронию в случае с «Artificial».
Альтман и компании ИИ поняли, что гораздо эффективнее поглотить Голливуд изнутри через сделки, подобные соглашению Альтмана с Amazon или Google с A24, которая заплатила 75 миллионов долларов за обучение своих моделей на качественном контенте. Таким образом, даже если бигтех замедлил попытки создания синтетического кино, он успешно предотвращает возможность кино рассказывать историю их хищничества. Выбор платформы для производства или дистрибуции не может оставаться чисто экономическим. Иначе мы проснемся в реальности, где машины, возможно, еще не пишут сценарии, но именно они решают, кому позволено их читать.
