97-летний Шломо ждал оружие с «Альталены»: «Сегодня евреи не будут стрелять в евреев»

Обнаружение останков «Альталены» у побережья Тель-Авива вновь всколыхнуло воспоминания об одной из величайших драм в истории страны и оживило личные истории тех, кто был по обе стороны баррикад.

Шломо Гольдхор (97 лет) был бойцом «Иргуна», который отправился со своими товарищами сражаться за Иерусалим. В возрасте всего 17 с половиной лет он был среди бойцов, сражавшихся с импровизированным и скудным оружием и ждавших нового оружия, которое должно было попасть к ним в руки и помочь им в бою — того самого оружия, которое пошло на дно вместе с кораблем «Альталена».

«Мы вели очень серьезные бои против британцев, и наши риски были велики. Битва за Малху, битва за Дейр-Ясин, я участвовал во всех боях. Я спасся чудом», — говорит сегодня Гольдхор. «Альталена» прибыла в страну по приказу временного правительства. Было согласовано выделение 20% оружия батальону «Иргуна» в Иерусалиме, а судьба Иерусалима была решена Генеральной Ассамблеей ООН — остаться вне еврейского государства».

Гольдхор рассказывает о стремлении получить современное оружие, которое прибыло бы в Иерусалим и помогло бы в тяжелых боях. «Мы сражались в Иерусалиме с скудным и неисправным оружием, оружием, которое подводило и подвергало опасности жизни. Все попытки закупить оружие сталкивались с трудностями из-за эмбарго ООН. У нас было оружие худшего качества, мне даже стыдно сказать, какое оружие у нас было. Арабские банды контролировали междугородние пути сообщения, дорога в Иерусалим была заблокирована, и город был в осаде. Это было близко к отчаянию. Мы сражались с ними скудным и неисправным оружием», — говорит Гольдхор.

«Коктейли Молотова против бронетехники. Только неисправные пулеметы кустарного производства. Когда ты хотел стрелять, он не стрелял, он стрелял только тогда, когда сам хотел. «Альталена» вернула нам уверенность в себе, и боевой дух бойцов получил импульс. Не было предела радости, когда в наших сердцах жило ожидание современного и передового оружия».

О стрельбе по «Альталене» Гольдхор говорит сегодня: «Действовали опрометчиво и приказали открыть смертоносный огонь вместо того, чтобы вести переговоры и предотвратить трагическое кровопролитие, оставившее шрам на поколения. На этом фоне выделялась позиция Менахема Бегина с его четким посланием: «Гражданской войне — никогда». Даже если между лидерами есть пропасти, над ними можно строить мосты. Важно лишь признать, что общего больше, чем разделяющего. Ненависть росла и нарушала способность отдавать предпочтение общей цели. Пролилась невинная кровь, и оружие ушло на морское дно».

Об обнаружении «Альталены» он говорит: «Смотри, спустя столько лет, я не знаю, что они достанут, достанут какой-то металлолом. Если достанут корабль в том виде, в каком он был, это фантастическая ситуация. Но я не верю, спустя столько лет, что корабль будет целым. Только коснутся его, и он рассыплется, но хотелось бы, чтобы его достали, потому что это историческое достояние».

«С одной стороны, может быть, хорошо, что корабль затонул», — сказал он. «С другой стороны, это история, которая должна передаваться детям и внукам, чтобы они знали, что произошло, и чтобы вообще мир знал, что произошло. Сегодня иногда люди невежественны. Они ничего не знают, иногда это меня раздражает, что элементарных вещей они не знают о нашей истории».

Он заключил: «Сегодня я думаю, что такое не может произойти. Мы особый народ, древний и мудрый. Сегодня евреи не будут стрелять в евреев».

«Бегин попросил сувенир»

Обнаружение останков «Альталены» глубоко укоренилось в памяти семьи покойного Исраэля Сандера, бойца «Иргуна», который пережил обстрел на палубе и впоследствии ошибочно считался погибшим солдатом ЦАХАЛа, а также в семьях покойного Биньямина Бубеша, военнослужащего ВМС, получившего задание потопить корабль в открытом море.

Исраэль Сандер, отец Ариэлы Сандер-Бирон, сам был на корабле «Альталена» и вышел невредимым. «Мой отец сбежал в 16 лет из дома в Румынии и присоединился к «Бейтару», — рассказала она. «После этого его вытащили в Италии. Они тренировались и присоединились к подполью, и в какой-то момент они поднялись в Израиль на «Альталене». Корабль был обстрелян, и он сумел спастись и вышел невредимым. Он не говорил о самой бомбардировке «Альталены», но рассказывал, что потерял друзей, и там было много выходцев из Румынии. Было много раненых. Друг, который приехал с ним из Румынии, погиб».

После того как расформировали подпольные организации, Сандер вступил в ЦАХАЛ и был тяжело ранен в Войне за независимость: «Бойцов «Иргуна» призвали в Армию обороны Израиля. В Войне за независимость, через неделю после того, как его призвали, был бой в Латруне, и взорвался мешок с гранатами. Было много погибших. Пришли собирать тела, а он был очень тяжело ранен, буквально раздроблен. Он моргнул, и кто-то понял, что он жив, и его привезли в больницу как неизвестного, потому что его семья была в Румынии. Его семье сообщили, что он погиб, и по нему сидели шиву. Через несколько месяцев, когда он был на реабилитации в Нагарии, его дядя был в Израиле, и они случайно встретились на улице. Его дядя упал в обморок, потому что подумал, что это воскрешение из мертвых. Мой отец хвастался этим и говорил всем, что это залог долголетия. Он носил в своем кошельке некролог о себе».

«Мой отец скончался в возрасте 65 лет. Был героем Израиля. Самый храбрый человек, которого я знаю», — рассказывает Сандер-Бирон. «Когда говорят «Альталена», я сразу думаю об отце. Я чувствовала, что он доволен там наверху, что вернули корабль, потому что он очень любил страну и был правым человеком во всех своих проявлениях. Был человеком Бегина, и каждый год встречался с людьми, которые там сражались».

«Мой дедушка, Биньямин Бубеш, репатриировался в 1936 году в Израиль», — рассказывает Янив Симон. «Сначала он вступил в британскую армию, а после создания государства вступил в ВМС. Они получили задание охранять «Альталену», которая застряла у побережья Тель-Авива. В то время как он охранял корабль, а также оружие, к нему подошел Менахем Бегин и попросил сувенир. Мой дедушка отказал. Он его не узнал. Только потом он узнал, что речь шла о Менахеме Бегине».

«После этого мой дедушка, который был техническим специалистом, получил задание потопить корабль в открытом море в месте, о котором он не знал, где оно», — описывает он. «Это было сложное логистическое событие, и он рассказывал мне, что им не говорили, где именно его топят. Несмотря на то, что мой дедушка был умным и серьезным человеком, он не знал его местоположения».

По его словам, у его деда была камера, с которой он ходил и документировал исторические события: «Мой дедушка был фотографом-любителем и ходил с камерой и снимал всякие вещи. Это, по всей видимости, последние снимки «Альталены» перед тем, как она была потоплена. В тот момент он не осознавал масштаба события. Когда я спросил его, согласен ли он опубликовать фотографии, он не захотел, и я не знаю точно, по какой причине. Вчера, когда это было опубликовано, я сразу начал искать фотографию, чтобы опубликовать ее, потому что нет других фотографий того же события, и я думаю, что, по крайней мере для меня, это важная часть истории страны. Дедушка скончался пять лет назад в возрасте 93 лет. Он сделал очень много удивительных вещей в течение своей жизни, был настоящим сионистом, основал много поселений и получил премию в области безопасности».

Его дочь Орна добавила: «Это волнительно, что часть корабля была возвращена. Это часть истории, и мне это напоминает, что происходит, когда есть гражданская война, к чему можно прийти. Это событие, которое было шокирующим, но оно сформировало страну и объединило ряды».