Силен против Трампа, но слаб против Бен-Ари

Представьте, что мимо вас проходит человек, с которым вы крайне не хотите встречаться. Если вы продолжите идти, встреча неизбежна. Что вы сделаете? Правильно, начнете имитировать телефонный разговор. Вы приложите выключенный телефон к уху и будете говорить с живостью и энтузиазмом, как будто ведете беседу всей своей жизни, при этом глаза будут направлены в точку, не связанную с этим человеком. Чем больше интереса вы будете проявлять к мнимому разговору, тем сложнее будет установить с вами зрительный контакт.

Именно это сделал на этой неделе премьер-министр, когда вошел в пленарный зал Кнессета для голосования по закону об освобождении от службы для уклонистов-харедим. Встреченный криками «Позор!» со стороны оппозиции, он прижал к уху мобильный телефон — по всей видимости, выключенный — и вел себя так, будто находится в разгаре важнейших согласований о мире или войне. Когда крики «Позор!» сменились скандированием «Уходи!», а десятки пальцев были вызывающе направлены в его сторону, Нетаниягу покинул зал. Сбежал — иначе это назвать нельзя.

Тот факт, что это произошло, пока он притворялся, что говорит по телефону, чтобы не голосовать за закон об уклонистах, выглядел особенно неловко в свете того, что пленарный зал ждал его 40 минут, пока всем с большой важностью сообщали, что «вертолет скоро прибудет». Таким образом, человек, утверждавший, что он единственный, кто может противостоять Дональду Трампу и сказать ему «нет», не выдержал криков депутата Мейрав Бен-Ари.

Кстати, это было не единственное голосование, от участия в котором Нетаниягу предпочел уклониться. Вчера, при голосовании по закону о СМИ, он также отсутствовал. Нетаниягу, в отличие от своих приспешников, умеет себя беречь. История с размежеванием, когда он проголосовал «за» и с тех пор архив не дает ему покоя, не повторится. Для «историка» Нетаниягу менее важно, что будет написано в учебниках о летописи Государства Израиль, чем то, что будет задокументировано о нем в архивах телеканалов. Набор спорных законов, принятых на этой неделе, интересует его меньше, чем тот самый момент, который будет показан еще много раз до выборов: Нетаниягу совершает резкий поворот на выход из зала, когда десятки рук указывают ему путь.

Мне кажется, это был один из самых неловких моментов в истории правления Нетаниягу, по крайней мере, с его точки зрения. Но его можно рассматривать не только в буквальном, но и в символическом смысле. Человек, который «говорил» по выключенному телефону, игнорируя возгласы, — это тот же самый отстраненный от реальности премьер-министр, который говорит со своей общественностью по выключенному телефону. Это человек, который уже в день резни собрал прежде всего своих советников по коммуникациям, чтобы они начали вытаскивать его из этой беды. Это человек, который «выключил себя», чтобы не слышать чаяний народа в течение последних трех лет, будь то вопросы возвращения заложников или политические темы. Во всех этих вопросах положение Нетаниягу, юридическое и личное, всегда было в центре, а дела государства — после. Это всегда вопрос «что важнее»: Нетаниягу и харедим или государство; его политическая безопасность или наша; охрана его семьи или жизни наших солдат.

Кадры из Кнессета на этой неделе были возмутительными, хотя сомнительно, что они продолжатся. Кто бы это ни был, Гади Айзенкот или Нафтали Беннет, они не позволят этим законам пройти, оба они уже заявили об этом. Но это шокирует прежде всего потому, что и Нетаниягу это знает. И не только он: ведь харедим на самом деле не думали и не рассчитывали, что закон об уклонистах пройдет. Это была кампания Арье Дери, о которой все знали, что у нее нет шансов. Они были убеждены, что «Ликуд» откажет в этих требованиях и остановит процесс. Они просто забыли, насколько глубоки паранойи Нетаниягу. Он настолько убежден, что они могут сбежать, что решил дать им все, даже если они не просили.

Пройдет немного времени, и на машинах появятся наклейки: «Я гордый уклонист» или «Осторожно, гордая мама уклониста перед тобой». И еще кое-что, что харедим, вероятно, забыли: о каких людях, лишенных личности, идет речь — о членах фракции «Ликуд». Люди, на чей лоб пятно этого законодательства приклеится как знак позора на всю оставшуюся жизнь. Нетаниягу, по-видимому, свою карьеру закончил. Но что насчет тех, кто все еще почему-то видит себя на вершине руководства «Ликуда»? Мы всегда будем помнить, где они были на этой неделе во время этих голосований. Как они предпочли свое благо и благо своего господина благу государства. Какой уважающий себя избиратель «Ликуда», уважающий партию Менахема Бегина, проголосует за того, кто поддержал закон, ставящий благополучие уклонистов-харедим выше жизней его собственных детей или внуков?

На этой неделе, пока харедим были заняты спасением своих детей и внуков от обязанности призыва, они совершили коллективное признание. Как и все, что распространяется у нас как лесной пожар, это стало трендом: журналистка Шери Рот поспешила раскрыться в Twitter после обсуждения в пленарном зале. После того как депутаты от ШАС и «Еврейства Торы» признались, что у них есть дети и внуки-уклонисты, она написала: «Так вот, я тоже, журналистка Шери Рот, хочу сделать признание: у меня есть ребенок-уклонист. Солдат в армии Всевышнего, в армии изучающих Тору в ешиве. Этим я горжусь».

И все же, посреди всего позора и бесчестия, низости и вседозволенности, которые мы пережили на этой неделе, были два светлых пятна. Первое — новость о срочности принятия решения, которое продвигает Нетаниягу об охране Шабак на всю жизнь для его жены и сыновей, если он проиграет. Если он уже выжимает все соки, чтобы получить как можно больше льгот до последнего момента, видимо, даже он знает, что последний момент уже настал. И второй момент — Зини. Глава Шабак, которому особая благодарность за то, что избавил нас от мук спора. Если были еще те, кто склонялся или хотел думать, что все будет хорошо, должность делает человека, и вот пришел Зини и подтвердил требование Сары Нетаниягу об охране. Нам открылась причина, по которой он был назначен на свою должность, и что речь идет о рабски покорном слуге, который достиг 8-го места по шкале Бардуго. А что касается ограничения или срыва полетов, которые привезут избирателей: Мири Регев придется перекрывать своим телом взлетно-посадочную полосу, чтобы помешать израильтянам прилететь голосовать, а ведь она сама, вероятно, будет в это время в полете.