Симха Ротман предлагает ограничить сроки полицейских расследований
Коалиция рассматривает законопроект, призванный положить конец многолетней волоките в правоохранительных органах. Инициатива депутата Симхи Ротмана предполагает автоматическое закрытие дел, если обвинительное заключение не было предъявлено в течение двух лет.
Трудно переоценить провал правительства в борьбе с волокитой в системе правоохранительных органов. При всём уважении к многочисленным пунктам юридической реформы и сопутствующим законопроектам, таким как разделение полномочий юридического советника правительства и изменения в МАХАШ, у многих граждан, сталкивающихся с правовой системой, есть другая, гораздо более острая проблема: необоснованная затяжка следственных, прокурорских и судебных процедур. Иными словами, они не видят конца своим страданиям.
По всей видимости, основной причиной этого является разрыв между министром юстиции Яривом Левином и председателем Верховного суда Ицхаком Амитом, который приводит к задержке назначения судей и увеличивает нагрузку. Но есть ещё два фактора, способствующих волоките — так называемые «забытые братья» уголовного процесса: затягивание полицейских расследований и время, которое требуется прокуратуре для принятия решения о закрытии дела или предъявлении обвинения. Время от времени общественность узнаёт историю участника процесса, разбирательство по делу которого длилось долгие годы, разрушив его жизнь, здоровье и семью ещё до того, как он переступил порог суда.
В этом вопросе нет разницы между обычным человеком, подозреваемым в нападении, и премьер-министром, которому приписывают взяточничество. Оба они — как и их предполагаемые жертвы — попадают в туннель судебной волокиты, конца которому не видно. Одной из главных причин принятого в прошлом месяце решения о закрытии дела против советников премьер-министра, подозревавшихся в домогательствах к государственному свидетелю Шломо Фильберу, стало истечение времени с начала расследования. Также дело о расследовании в отношении бывшего главного военного прокурора уже год перемещается между полицией, прокуратурой и БАГАЦем. Каждое такое дело может быть использовано заинтересованными лицами как доказательство избирательного правоприменения или как повод для конспирологических теорий о шантаже. Но даже за вычетом подобных версий, волокита — это неоспоримый факт.
Законодательная инициатива Симхи Ротмана
Председатель комиссии Кнессета по законодательству, депутат Симха Ротман («Ликуд»), пытается исправить ситуацию. На этой неделе должно было состояться обсуждение его законопроекта «Об ограничении продолжительности полицейского расследования и обработки дела обвинением до подачи обвинительного заключения». Из-за нагрузки перед роспуском Кнессета предложение не было представлено к первому чтению, и Ротман стремится сделать это на следующей неделе, чтобы закон был готов к применению принципа непрерывности в Кнессете следующего созыва.
Дискуссии касались трёх органов, несущих основную ответственность за волокиту: следственного отдела полиции, отдела обвинения полиции и прокуратуры. Речь идёт о неповоротливых структурах, эффективность которых вызывает сомнения, особенно на фоне острой нехватки кадров из-за многолетнего «высушивания» ресурсов. Однако правительство и коалиция также несут ответственность за это упущение, так как могли бы бросить все силы на решение проблемы волокиты так же, как они сделали это с ключевыми законами юридической реформы.
Законопроект Ротмана — это тот случай, когда лучше поздно, чем никогда. «Статус человека как „подозреваемого“ в течение 11,5 лет больше не повторится», — заявил он на заседании комиссии. «У человека есть базовое право знать, когда закончится процесс и с него будет снято пятно. Недопустимо, чтобы человек находился в статусе подследственного неограниченное время». По словам Ротмана, сегодня из-за изменения инструкций период времени между началом расследования и подачей обвинительного заключения по тяжким преступлениям достигает 11,5 лет. Его законопроект предлагает установить жесткие временные рамки для каждого этапа.
Реакция сторон и перспективы закона
В ходе обсуждений было решено, что предложение пройдёт в первом чтении с ограничением в два года, за исключением экстраординарных расследований. Таким образом, нормой станет закрытие дела по причине «истечения времени», если прошло два года со дня допроса человека в качестве подозреваемого. Этот период можно будет продлить с разрешения юридического советника правительства на полгода, если существует общественный интерес. Текст закона будет подробно описывать исключения: медицинские противопоказания, пребывание за границей, иммунитет, международная правовая помощь и другие.
Скептики в полиции относятся к инициативе с опасением. Представитель полиции, подполковник Дана Чернобельски, заявила: «Бывают случаи, когда существенное доказательство получено после отведенного периода времени, но дело уже будет закрыто. В предложении нет механизма, позволяющего нам заниматься такими случаями». В свою очередь, адвокат Ишай Шарон от общественной адвокатуры поддержал законопроект, отметив: «Исследования показывают, что сдерживающим фактором является не обязательно ужесточение наказания, а немедленность реакции. Чем ближе реакция к моменту совершения преступления, тем сильнее сдерживание».
Более сдержанную позицию представила адвокат Ифат Раве из министерства юстиции: «Нет спора о необходимости повышения эффективности следственных процедур, но делать это нужно осторожно, чтобы не нанести ущерб поиску истины и справедливости». Она подчеркнула, что юридическое консультирование правительства считает предложенные рамки неверными, а последствия в виде отмены обвинительного заключения — «драконовскими».
Председатель комиссии Симха Ротман резюмировал: «Предложение призвано установить правило по умолчанию: когда нет доказательств — дело закрывается. Когда появится доказательство, вы сможете открыть дело заново. Подавляющее большинство дел закрываются в течение двух-трёх месяцев. Дискуссия идёт о тех 1 000–2 000 случаев, когда процесс растягивается более чем на два года».
