Столкновение Элиада Шраги с Верховным судом как симптом политизации системы

На заседании в Верховном суде по делу Романа Гофмана судья Алекс Штейн подверг резкому порицанию адвоката Элиада Шрагу из «Движения за чистоту власти». Штейн потребовал от него аргументировать позицию «как адвокат, а не как публицист, стремящийся попасть в телевизор».

Судья Дафна Барак-Эрез также сделала замечание Шраге, предложив ему сосредоточиться на юридической плоскости. Подобные претензии звучат не впервые: даже судьи, придерживающиеся «юристократических» взглядов, включая почетного председателя Эстер Хают, неоднократно выражали недовольство политизированным стилем выступлений Шраги в Верховном суде.

Грубая манера, с которой адвокат Шрага привносит политику в юридические дебаты, подрывает легитимность, на которую опирается судебная система. По сути, он демонстрирует, что суд сегодня действует как инструмент сохранения центров влияния старой гегемонии, прикрываясь юридической терминологией, хотя фактически мы вышли за рамки классического права.

Сегодня мы находимся в пространстве «судебного решения», где суд создает нормы, не имеющие под собой законодательной базы, вместо того чтобы следовать букве закона, принятого в Кнессете.

Юридический советник правительства Гали Бахарав-Миара действует в аналогичном ключе. Почетный председатель Верховного суда Ашер Грунис в свое время выступал против ее назначения, сравнив это с «назначением подполковника на должность начальника Генштаба». Бахарав-Миара действует не как юрист, а как силовой агент старой гегемонии, стремящийся сохранить ее позиции.

Достаточно ознакомиться с заключениями ее заместителя, доктора Гиля Лимона, чтобы увидеть отсутствие связи с законом. Любой квалифицированный юрист распознает в них своего рода «словесный салат», цель которого — точечная ликвидация назначений, ассоциирующихся с новой гегемонией. Это не правосудие.

Профессиональное сопротивление Груниса назначению Бахарав-Миары перекликается с историческим возражением почетного председателя Верховного суда Меира Шамгара против назначения Дорит Бейниш. Шамгар считал ее профессиональный уровень недостаточным.

Тем не менее, при поддержке Аарона Барака Бейниш вошла в состав Верховного суда. Впоследствии она действовала подчеркнуто политически, в частности, блокируя карьеру блестящего юриста Нили Коэн из опасения конкуренции — что стало историческим источником конфликта между профессором Дани Фридманом и Аароном Бараком.

Анализ судебных решений Бейниш, которая благодаря системе сеньорити возглавила Верховный суд, показывает слабый уровень юридической аргументации и отсутствие последовательности в постановлениях. Будучи государственным прокурором, она была искусна в борьбе за власть, но ей не хватало глубины, требуемой для высшей судебной должности. Пробелы в ее работе восполнял помощник Шай Ницан, позже проявивший себя как жесткий государственный прокурор.

Старая гегемония разрушила правовую среду. Сегодня преподавание конституционного права невозможно на основе стабильных принципов. Главным индикатором исхода судебного решения стал состав судей и социологический анализ права как арены борьбы групп за власть.

Элиад Шрага, Гали Бахарав-Миара и Дорит Бейниш служат доказательством того, что политизация права идет рука об руку с падением профессионального уровня. Чем ниже юридическая квалификация, тем слабее барьеры перед политическим разложением права.