Стратегическая и военная реформа необходима Израилю

Война в Иране приняла резкий оборот. Иранцы, несмотря на военное поражение, сумели навязать свои условия США и добиться от Израиля прекращения огня в Ливане. Война там, начавшаяся с грубого нарушения «Хезболлой» режима прекращения огня от ноября 2024 года, превратилась в очаг давления на Иерусалим. Кризис глубже, чем кажется на первый взгляд: по прошествии почти трех лет войны Израиль застрял на трех открытых фронтах и оказался в международной изоляции. Иран, находившийся на грани краха, выходит из конфликта окрепшим, а барабаны войны начинают звучать из Анкары, у которой появился прокси-игрок на сирийской границе.

Самым тревожным стал поворот в отношениях с американской администрацией. Намеки вице-президента Вэнса относительно зависимости Израиля от поставок оружия свидетельствуют о том, что эра «особых отношений» между Иерусалимом и Вашингтоном, возможно, подошла к концу. Из «региональной державы», меняющей облик Ближнего Востока, Израиль превратился в придаток, чье право на самооборону ставится под сомнение вплоть до угрозы эмбарго. Это не мимолетный кризис: будущие администрации США, по всей видимости, будут менее привержены прежнему формату альянса. Даже «Соглашения Авраама», рожденные из необходимости противостоять Ирану под американским зонтиком безопасности, оказались под угрозой.

В анализе от апреля 2024 года я ввел понятие «устойчивая стратегия» — то есть такая, которую можно поддерживать в военном и политическом планах. Сегодня стратегия зашла в тупик. В отсутствие финальных решений буферные зоны в секторе Газа, Ливане и Сирии рискуют превратиться в арены войны на истощение. Не зря в прошлом Израиль отступал из Ливана и сектора Газа.

Военные просчеты и тактика ЦАХАЛ

В военном плане мы рискуем оказаться у разбитого корыта. ЦАХАЛ продемонстрировал впечатляющую мощь, основанную на применении огромной огневой мощи с воздуха и осторожном, медленном движении сил вслед за ней. Эта тактика спасла жизни многих бойцов, но имеет драматические стратегические недостатки. Во-первых, медленное движение позволяет врагу отступать и сохранять структуру организации. ЦАХАЛ избегал глубоких маневров на окружение, которые вынудили бы противника к беспорядочному отступлению или полному уничтожению. В результате за передовыми линиями остается активный враг.

Во-вторых, без быстрого преследования войны затягиваются. В октябре 2024 года и марте 2026 года пять дивизий ЦАХАЛ действовали в южном Ливане, ограничиваясь зачисткой приграничных деревень. «Хезболла» была потрепана, но выжила. Шанс на то, что государство Ливан обеспечит свой суверенитет и демилитаризует зону, не растет, а уменьшается.

В-третьих, сухопутные войска, наименее продвинутая часть ЦАХАЛ, требуют огромного количества бойцов и техники для удержания территорий. В долгосрочной перспективе «народная армия», основанная на резервистах, не может с этим справиться. В-четвертых, война требует колоссальных объемов авиационных боеприпасов и перехватчиков — ресурсов, в отношении которых Израиль испытывает стратегическую зависимость от других стран.

Возвращение к истокам и технологическое обновление

Доктрина безопасности Бен-Гуриона проповедовала короткие войны, сосредоточенные на разгроме непосредственной угрозы, а не на политическом оформлении пространства. Бен-Гурион осознавал экзистенциальную зависимость Израиля от поддерживающей его державы и строил ЦАХАЛ на основе качественного, а не количественного преимущества. Израиль 2026 года — это технологическая держава, а не производственная. Мы выросли до 10 миллионов жителей, но остаемся ничтожным меньшинством в регионе.

Современную войну определяют три вызова: прозрачность поля боя из-за дронов, нехватка людских ресурсов и зависимость от военной промышленности. Принципы Бен-Гуриона остаются верными, но наш способ ведения войны должен измениться. Обновленная стратегия должна вытащить Израиль из ловушки войн на истощение, уменьшить зависимость от импорта и восстановить взаимность союза с США на базе новой военно-технологической промышленности.

ЦАХАЛ обладает уникальными преимуществами в разведке и авиации. Если мы сумеем использовать потенциал новой технологической эры, у армии есть шанс вернуть быстрые маневры на поле боя. Израильская стратегия зависит от руководства в Иерусалиме и обновления военных инструментов.

Бригадный генерал (в отставке) Эран Орталь, бывший командир Центра «Дадо» в Оперативном управлении, глава программы военных исследований в Центре Бегин-Садат при Университете Бар-Илан.