Свадьба с первого взгляда: от идиллии в Греции до драм в четырех стенах

После веселой свадьбы Вики и Омера я предположила, что медовый месяц будет, мягко говоря, менее радостным. Высокая энергия Вики отлично подходила для торжества, и Омер успешно подпитывался ею, однако у меня было предчувствие: как только Омер поймет, что Вики всегда ведет себя именно так, он либо испугается, либо просто не будет знать, как с этим справляться. Но в серии, вышедшей в эфир в минувшее воскресенье, этот самый удивительный союз сезона продолжает приятно удивлять.

Возможно, по-настоящему поражает не столько химия между Омером и Вики, сколько их личности. Омер оказался менее смущенным и застенчивым, чем его «визитная карточка», а Вики — менее жесткой и вспыльчивой, чем казалось вначале. Они гораздо ближе друг другу, чем я представляла, и в этом смысле их совместимость обретает логику. Кстати, они и сами довольны этим соответствием. Их совместный отпуск в Греции превосходит все ожидания: Омер до сих пор щипает себя, не веря, что эта красивая женщина — действительно та, кого ему подобрали, а Вики наслаждается комплиментами, которыми он ее осыпает. Он даже набирается смелости и спрашивает, хочет ли она поцелуя в губы, на что она отвечает: «Оставим это для более романтичного места». В итоге первый поцелуй случается, пока они пытаются — и терпят неудачу — удержаться на плавучих матрасах. Зрелище не самое сексуальное, но определенно милое. И хотя я представляла Вики с мужчиной чуть более дерзким, мягкость Омера, похоже, раскрывает в ней лучшие черты.

Тем временем, пока Вики и Омер живут мечтой, остальные пары уже столкнулись с реальностью. Лейки, например, приходит к важному выводу относительно своих отношений с Томером: она чувствует, что он у нее «в кармане», что ей больше не нужно его впечатлять, и именно поэтому ее к нему не тянет. Ее влечение подпитывается загадочностью и труднодоступностью партнера. Здоровый ли это паттерн? Не совсем, но мы понимаем, о чем она говорит. Гилад, мой любимый психолог, советует ей найти сближающие слова: говорить не о том, чего не хватает, а о том, чего она хочет. Это удачный совет, хотя в случае с Томером, боюсь, он не поможет. То, чего хочет Лейки, — это не просто действия, а качества, которых у Томера попросту нет.

Чтобы Лейки потянуло к Томеру, он должен стать «не-Томером», а на это он не способен. На парной терапии Лейки озвучивает запрос на напористость и лидерство; Томер возражает, поясняя, что не всегда может — и хочет — быть ведущим. Даже если он попытается, он никогда не станет мужчиной, о котором мечтает Лейки, и дело не только в его увлечении орнитологией. Ему не хватает того «икс-фактора», той непринужденной уверенности, которая так важна для Лейки. Она пытается внушить себе, что проблема в формате шоу, не допускающем неопределенности первых свиданий, но это не меняет того факта, что их пара — случай безнадежный.

Кстати о безнадежных случаях: Ноа и Ари обеспечили нам первую ссору сезона. Причина? Ари осмелился задать вопрос. Вопросы заставляют Ноа чувствовать себя задушенной, да и в целом кажется, что само присутствие другого человека в ее личном пространстве идет ей не на пользу. Во время поездки на вечеринку Ноа была раздражительна, а когда Ари сделал ей замечание — стоит отметить, в уважительной форме — она перевернула все против него. Она заявила, что ей нужно пространство, что она не может «остановить свою жизнь на месяц» (хотя никто об этом не просил), и обвинила его в попытках выставить ее в дурном свете. Даже ее извинения выглядели неискренне: фраза «извини, если ты почувствовал» — это не извинение, а оправдание, которое лишь обесценивает суть конфликта.

На протяжении всей поездки Ноа вела себя пассивно-агрессивно без видимой причины. Она злилась, когда Ари пытался помочь, и злилась, когда он не пытался; казалось, ее раздражает сам факт его существования. Но самое возмутительное — то, как она обрисовала ситуацию постфактум, убедив себя, что Ари — «плохой парень» в этой истории. Такое поведение напоминает газлайтинг. Когда Яэль призывает ее «быть в контакте с собой», это звучит как совет не тому человеку, и заставляет задуматься: возможно, Яэль не видит того, что видим мы.

Даже когда Ноа и Ари съезжаются, потребность Ноа в личном пространстве остается главным фактором, диктующим темп. Она даже просит Ари спать в разных комнатах. Но, несмотря ни на что, они заканчивают серию ближе, чем когда-либо: она гладит его по руке, делится откровениями своего астролога, готова сидеть рядом на диване дольше пяти минут. Он, со своей стороны, доволен и снова осыпает ее комплиментами. Кажется, это сближение больше говорит об Ари, чем о Ноа: возможно, ему просто нравятся женщины, которые держат его в ежовых рукавицах.

Между проблемами Лейки и Томера и драмами Ноа и Ари я почти забыла, что Дор и Софи тоже появлялись в этой серии. И, по правде говоря, о них особо нечего сказать. Сейчас, когда они начали реальную жизнь, их отношения лишены проблем — а в мире «Свадьбы с первого взгляда» мы знаем, что это значит: насколько хорошо, настолько и скучно. К тому же никто из них не обладает достаточной эксцентричностью, чтобы быть ярким телевизионным персонажем. Что ж, наш проигрыш — их выигрыш.