Тайны Тегерана: Корпус стражей исламской революции скрывает правду
Иранское общество начинает осознавать, что страной управляют военные, а не легитимные лидеры. По мере угасания пропагандистского эффекта доверие граждан к режиму стремительно падает.
Карнавал окончен. Крупнейшее националистическое пропагандистское мероприятие, которое знал Иран за последние десятилетия, завершилось в минувшие выходные, и огромные толпы разошлись. Пропаганда режима, наводнившая сеть кадрами массовых шествий, уступила место более аутентичным голосам — голосам молодого поколения. Это те самые люди, которые потеряли десятки тысяч друзей и близких во время январской резни, устроенной режимом, и чей протест вновь пробивается в информационное пространство. Они злятся.
В течение недели похоронной процессии бросалось в глаза отсутствие нового лидера — Моджтабы, сына покойного главы государства, который погиб в первый день войны «Рев львов». Спустя более четырех месяцев после смерти отца его никто не видел воочию, если не считать нелепой картонной фигуры с его изображением, украшенной цветком. Пока общественность терпеливо ждала обращения лидера, возникает закономерный вопрос: как долго режим сможет лгать своим подданным и насколько народ готов мириться с существованием «теневого» правителя?
Большинству иранцев, с которыми я поддерживаю связь, очевидно: сын ушел из жизни вслед за отцом. По всей видимости, Корпус стражей исламской революции (КСИР) — орган, созданный для защиты власти религиозных мудрецов, — осознал, что теперь они имеют полный контроль над страной. Они сделают всё, чтобы продолжить этот спектакль и создать видимость функционирования государственных институтов.
Однако я хорошо знакома с иранским менталитетом: это народ, отличающийся независимым мышлением и подозрительностью. Иранцы не склонны верить на слово. Уровень недоверия, который они традиционно проявляют к Западу, теперь направлен и внутрь страны. С окончанием пропагандистского шоу эйфория сошла на нет. Сторонники режима вернулись в свои дома, к обесценивающимся зарплатам, изматывающей рутине и неопределенному будущему в условиях войны, когда у страны фактически нет избранного лидера.
Сегодня около 90 миллионов граждан Ирана стоят перед выбором: поддержать убийственный режим — военный, технократический и полурелигиозный, — который пойдет на всё ради сохранения власти, или бороться за будущее, отвечающее интересам общества. В Иране бок о бок живут противники режима, требующие перемен, и более традиционное население, поддерживающее власть Верховного лидера. Часы тикают. Общественный договор между народом и властью никогда не был более хрупким. Когда обе стороны поймут, что страной управляют призраки и военные интересы, легитимность режима окончательно рухнет. Надпись уже на стене, и вопрос не в том, отреагирует ли улица, а в том, с какой силой это произойдет.
