«Тест Замира»: сможет ли начальник Генштаба предотвратить политически мотивированную военную авантюру

В конце первого срока президента Дональда Трампа коридоры Пентагона стали последней линией обороны от регионального конфликта. В центре событий оказался председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Марк Милли. В конце 2020 года он выявил, что Белый дом подталкивает страну к военному удару по Ирану. Милли не ограничился противодействием военным действиям накануне смены администрации: он открыл прямой канал связи с высокопоставленными лицами в Конгрессе, провел успокоительные беседы с коллегами в Пекине и через них — с Тегераном, чтобы предотвратить просчет. Также он проводил частые обсуждения в ситуационной комнате, демонстрируя кабинету ожидаемую цену в человеческих жизнях. В череде действий, растянувших его профессиональные полномочия, Милли выстроил бюрократический барьер перед президентом Трампом, который заявлял о фальсификации выборов.

«Тест Милли» завершился успешно — председатель комитета преградил путь к кампании, которая ввергла бы США в хаос накануне смены власти. Похожая история, пусть и менее драматичная, произошла в Израиле. В 2011 году, перед лицом давления со стороны премьер-министра Нетаниягу и министра обороны Барака в пользу удара по Ирану, руководство системы безопасности (начальник Генштаба Габи Ашкенази, глава «Моссада» Меир Даган и глава «Шабака» Юваль Дискин) выстроилось как профессиональная стена защиты. Вместе с большинством членов тогдашнего кабинета («Восьмерки») и в свете американского давления вариант удара был снят с повестки дня.

С момента резни 7 октября премьер-министр Нетаниягу стремится к продолжению военных столкновений на различных аренах как к инструменту для изменения общественного мнения и вытеснения ответственности за провал из повестки дня. Однако, в то время как военные варианты в отношении Ирана и Ливана постепенно закрываются под зонтиком соглашений при посредничестве США, Нетаниягу может возобновить огонь в секторе Газа как «выгодный выход». Возобновление интенсивной войны в секторе может послужить попытке стереть позор 7 октября, а в крайнем сценарии — привести к задержке даты выборов или их срыву.

Согласно ряду публикаций, с точки зрения высокопоставленных лиц системы безопасности, Иран и Ливан остаются центральной ареной интересов, в то время как сектор Газа является второстепенной ареной, где основной интерес связан с устранением возникающих угроз (как это произошло на прошлой неделе с ликвидацией высокопоставленного лица в аппарате военной безопасности ХАМАС в Рафиахе). Вступление в поспешные военные действия в секторе представляется проблематичным не только из-за цены в человеческих жизнях, но и из-за растущей международной чувствительности. ХАМАС находится в нижней точке, с трудом восстанавливает свою военную инфраструктуру и, по всей видимости, готов передать гражданский контроль в секторе.

В этих обстоятельствах вступление в военные действия представляется проблематичным из-за растущей критики в адрес Израиля, которая превратилась в поток яда, смешанного с антисемитизмом, наносящий огромный ущерб стране и ставящий евреев по всему миру в опасность. Выбор времени для начала кампании накануне выборов вызывает глубокую институциональную трудность. Речь идет о сущностном вопросе мандата переходного правительства. В условиях, когда премьер-министр Нетаниягу не брезгует средствами для обеспечения выживания своего режима, военный вариант может стать последним выходом, особенно пока он пользуется поддержкой глав «Моссада» и «Шабака», назначенных из-за их личной близости к нему. Наряду с некомпетентным кабинетом, единственным стражем порога, который может остановить военную авантюру в это время, является начальник Генштаба Эяль Замир. Так получается, что начальнику армии, возможно, скоро потребуется пройти свой собственный «тест Милли»: выстроить профессиональную стену защиты, которая остановит военный шаг накануне самых судьбоносных выборов в истории страны.