Трамп сократил Совет по национальной безопасности и ведет политику узким кругом

Когда американский Конгресс учредил Совет по национальной безопасности после Второй мировой войны, цель состояла в том, чтобы не допустить ситуации, при которой президент ведет масштабную войну в одиночку — без налаженного механизма, который концентрирует информацию, предлагает альтернативы и предупреждает о последствиях. Спустя восемь десятилетий, по данным расследования CNN, орган, который должен был стать одним из ключевых центров принятия решений в Белом доме, оказался выхолощен именно в тот период, когда президент Дональд Трамп вел войну против Ирана.

С момента возвращения в Белый дом Трамп сократил штат Совета примерно с 200 сотрудников как минимум наполовину. Три источника оценили, что сокращения были проведены, по крайней мере частично, под давлением Лоры Лумер, активистки правого толка и распространительницы теорий заговора, утверждавшей, что Совет заполнен людьми, недостаточно лояльными президенту. Вместо того чтобы опираться на широкую группу экспертов из правительственных ведомств, Трамп сосредоточился на обсуждении войны против Ирана в узком кругу приближенных, среди которых советник по национальной безопасности Марко Рубио и посланник Стив Виткофф.

По данным CNN, это усложнило задачу военным планировщикам: их отстранили от обсуждений, предшествовавших войне, а затем внезапно потребовали перебросить американские активы на Ближний Восток. «Без сомнения, были упущены возможности из-за меньшего размера Совета», — заявил американской сети бывший чиновник администрации Трампа, имея в виду решение атаковать Иран 28 февраля. Четыре бывших высокопоставленных чиновника периода второго срока Трампа сообщили, что ослабление Совета изменило внешнюю политику в решающие моменты войн против Ирана и в Украине, будучи подстроенным под импульсивный стиль управления президента.

У более узкого Совета есть и преимущества, признали два бывших чиновника. По их словам, он позволяет обходить бюрократию и действовать быстрее в условиях кризиса. Однако в иранском случае, утверждают источники, более широкий состав Совета мог бы помочь лучше скоординироваться с союзниками в Персидском заливе, подготовиться к иранской реакции и провести более глубокое обсуждение возможности того, что Тегеран попытается закрыть пролив Гормуз. Эта возможность не была теоретической: около 20% мировой нефти проходит через этот пролив, и Иран действительно перекрыл его, пытаясь добиться уступок от США в переговорах о завершении войны.

Администрация недооценила готовность Тегерана действовать в проливе, хотя американская армия годами отрабатывала именно такой сценарий. В воскресенье вечером Трамп объявил о рамочном соглашении между США и Ираном, накануне официального подписания в пятницу в Швейцарии, но путь к нему, по словам бывших чиновников, показал цену слишком узкого принятия решений в Белом доме. Сам Трамп в марте признал, что «самым большим удивлением» в войне стала сила, с которой Иран атаковал ракетами арабские страны в Персидском заливе.

Согласно сообщению, отсутствие координации между федеральными ведомствами было заметно уже на раннем этапе, когда Пентагон отдавал приоритет ударам по иранским военным целям, вместо того чтобы выделять ресурсы на сдерживание Ирана от закрытия пролива. Источник, вовлеченный в обсуждения, отметил, что, хотя у США были значительные военные активы на Ближнем Востоке до атаки на Иран, они не подходили для предотвращения закрытия пролива Гормуз. «После начала бомбардировок ударные группы авианосцев уже не могли изменить расчеты относительно закрытия пролива», — добавил он.

В Белом доме отвергли эти утверждения. Пресс-секретарь Белого дома Анна Келли сообщила CNN, что «Совет по национальной безопасности эффективен и реагирует на приоритеты президента больше, чем когда-либо». По её словам, утверждение о том, что соответствующие органы — включая Министерство обороны, Государственный департамент, Министерство энергетики, Министерство финансов, ЦРУ и другие — не были вовлечены в ходе операции и после неё, является «смехотворным». Келли добавила, что Трамп часто встречается со своей командой по национальной безопасности, выслушивает различные мнения и в итоге принимает решения сам. «Благодаря процессу детального планирования Министерство обороны было готово к любому возможному действию со стороны иранского режима», — подчеркнула она.

Однако, по данным источников, знакомых с совещаниями по планированию перед атакой на Иран, хотя представители Министерства энергетики и Министерства финансов присутствовали на части встреч, анализы и прогнозы агентств — которые ранее были центральной частью процесса принятия решений — были отодвинуты на периферию. Пример этого касался энергетических рынков. Сарифракеш Котари, назначенный Трампом на должность помощника министра финансов по экономической политике, сообщил сенатской команде, что ему не известно ни об одном лице в Министерстве финансов, которое проводило бы анализы, связанные с рынками энергии до военной операции против Ирана, — об этом заявил демократический сенатор Рон Вайден. Министр финансов Скотт Бессент ответил, что его ведомство «опирается на сотни профессиональных экономических экспертов», но не уточнил, предоставляли ли они консультации в контексте войны против Ирана.

«Кабинетные министерства могут выполнить значительную часть работы, но обработка сложной информации в широком масштабе — это именно то, в чем Совет по национальной безопасности преуспевает», — сказал бывший чиновник администрации. Историк Джон Ганс, автор книги «White House Warriors», пояснил CNN, что Совет был создан, поскольку во Второй мировой войне многие опасались президента, который «ведет мировую войну из колоды». Даже в иранском контексте у Совета в прошлом была гораздо более центральная роль: он был глубоко вовлечен в формирование ядерного соглашения 2015 года. Роберт Малли, один из старших членов команды переговорщиков, также был высокопоставленным лицом в Совете.

Противоположный пример был дан в первой войне в Персидском заливе. Прежде чем президент Джордж Буш-старший приказал дать военный ответ на вторжение Саддама Хусейна в Кувейт в 1990 году, Совет по национальной безопасности провел серию обсуждений. Представители Пентагона, разведки, Госдепартамента и Министерства финансов докладывали советнику по национальной безопасности Бренту Скоукрофту об усилиях по созданию международной коалиции, введении блокады против Ирака и стабилизации рынка нефти. И все же даже модель Буша-старшего не была идеальной: историк Ганс отметил, что даже Буш-старший прекращал созывать формальные заседания Совета по мере продвижения войны.

По словам Ганса, Трамп не первый президент, который устал от военной бюрократии. Начиная со Второй мировой войны, каждый американский президент на каком-то этапе разочаровывался в системе — либо из-за бюрократической громоздкости, либо из-за утечек в СМИ — и сокращал круг ближайших советников. «Администрация полностью отказалась от процесса», — констатировал он. По данным CNN, напряжение между Советом и Пентагоном существовало и в администрации Байдена, но немногие президенты наносили Совету столь резкий удар, как Трамп. В администрации Байдена в штате Совета было более 300 сотрудников, тогда как у Трампа число снизилось примерно наполовину от прежних 200 человек.

Тот же бывший чиновник администрации Трампа утверждал, что именно отсутствие бюрократии помогло президенту быстро сформировать план завершения войны в Газе. Но в других случаях бюрократия продолжала мешать: в начале второго срока Трампа почти каждое назначение в Совет должно было проходить через Серхио Гора, возглавлявшего управление по работе с персоналом в Белом доме. Пока война в Газе продолжалась, на ближневосточном направлении Совета было лишь несколько сотрудников, поскольку Гор блокировал часть новых назначений.

Параллельно часть процессов военного планирования перешла в другие органы. Так, Совет по внутренней безопасности под руководством Стивена Миллера сосредоточил формирование планов для «Венесуэлы после Мадуро». Также в отношении Украины было заметно отдаление Совета от процесса принятия решений. В июле министр обороны Пит Хегсет решил остановить поставки оружия Украине, не уведомив Белый дом. Это была вторая за прошлый год попытка, когда Хегсет остановил поток американского оружия в Киев, удивив высокопоставленных лиц в системе национальной безопасности. Когда Трампа спросили, кто одобрил остановку поставок, он ответил: «Я не знаю, почему бы тебе не сказать мне самому?».

Бывший чиновник администрации отметил: «Это своего рода чудо, что мы не видели еще больше примеров, когда Совет по национальной безопасности был удивлен значимыми решениями в сфере безопасности». Нейт Суэнсон, ранее бывший советником по делам Ирана в Совете при Трампе и Байдене, подытожил: «Во второй срок администрация полностью отказалась от процесса». По его словам, сейчас Совет выглядит как механизм принятия решений «только сверху вниз», и в нем царит страх приносить президенту плохие новости.