«Утром я пошел нырять и ловить рыбу, вечером я встал в ворота и выдал представление с оценкой 9»
Ави Либерман, легендарный вратарь, выступавший в высшей лиге Израиля с 70-х по 80-е годы, рассказал о своей карьере, переходе в «Бейтар» (Тель-Авив) и знаменитом матче против «Хакоаха» (Рамат-Ган). В откровенном интервью он также вспомнил о борьбе с травмами, конкуренции с Ави Раном и жизни после ухода из большого спорта.
Ави Либерман играл в высшей лиге более десяти лет — с середины семидесятых до конца восьмидесятых. Он запомнился болельщикам прежде всего выступлениями за «Бейтар» (Тель-Авив) и своим мастерством при отражении 11-метровых ударов.
О корнях и начале пути
«Мой отец Дов репатриировался в Израиль из Польши, мама Сара приехала из Вильнюса. Они познакомились на корабле, будучи совсем молодыми. Родители прибыли в кибуц Ашдод-Яаков, а оттуда переехали в Нес-Циону. Мы двое братьев, я старший, родился 15 мая 1955 года. Учился в начальной школе «Бет» и средней школе Нес-Ционы».
На вопрос о спортивных успехах Либерман отвечает уверенно: «Мои сверстники знают, что такое футбол в квартале — я был вратарем нашей сборной. Преуспевал в баскетболе, настольном теннисе, спортивной гимнастике, прыжках в длину и высоту. Моим учителем физкультуры был Давид Табак, отец Бени Табака, одного из наших выдающихся атлетов пятидесятых годов. А позже Моти Этар увидел меня и пригласил в футбольную команду Нес-Ционы на позицию вратаря».
Карьера и служба в армии
Либерман вспоминает, что в 16 лет уже стал вратарем взрослой команды Нес-Ционы: «Тренер Иегуда Кирт, человек из «Маккаби» (Шаараим), доверил мне место в воротах. Мы вышли во вторую лигу, и болельщики вернулись на трибуны». Что касается службы в ЦАХАЛ, то, по словам Ави, его путь начался с престижного курса пилотов, но позже он перевелся в НАХАЛЬ, где служил сержантом отделения и на год практически оставил футбол.
Говоря о кумирах, он отмечает: «Хаим Левин и Ицик Високер — подобных им сегодня нет, они были как пружины, летали в воздухе. Мы выросли в Реховоте, и слова «страх» на жестких полях того времени не знали. Травы почти не было, одни проплешины песка, и мы отмечали ногой линию от 5-метровой точки до конца 16-метровой штрафной площади».
«Бейтар» (Тель-Авив) и расцвет карьеры
Переход в «Бейтар» (Тель-Авив) стал поворотным моментом: «Трансфер был закрыт в кафе «Соломон» адвокатом Шехтером на сумму 65 тысяч лир, что финансово поддержало Нес-Циону. В 10-м туре я встал в ворота и больше не уступал место. Меня признали открытием сезона». Зарплата в те годы составляла около 4 000 долларов, и, по словам Либермана, подписной бонус позволил ему построить дом для семьи.
Один из самых ярких эпизодов связан с матчем против «Хакоаха» (Рамат-Ган): «Это был решающий матч за выживание. Тренер Нисим Бахар сообщил, что вместо меня будет играть Нисим Джерби. Я согласился и утром пошел на пляж Пальмахим нырять и ловить рыбу. На стадион «Блумфилд» я приехал прямо с моря. Выяснилось, что в адрес Джерби поступали угрозы, и он отказался играть. Я предложил Бахару рыбу, которую поймал, но пришлось встать в ворота. В итоге я выдал представление с оценкой 9, мы победили 0:1, и председатель «Хакоаха» лично пожал мне руку».
Испытания и жизнь после футбола
В 27 лет Либерман перенес сложную операцию на спине. «Говорили, что я не вернусь, что я «дохлая лошадь», — вспоминает он. Однако он вернулся, выступал за «Маккаби» (Яффо), «Маккаби» (Шаараим) и «Хапоэль» (Беэр-Шева), где выиграл Кубок лиги и Кубок Тото.
Либерман также поделился личной трагедией: «14 лет назад мой сын Асаф стоял на остановке, пьяный водитель выехал на тротуар и насмерть сбил его. Тот, кто знал Асафа, понимает, какой это был человек». Сейчас Ави женат на Мими, у них трое детей и восемь внуков. Он живет в поселении Хад-Нес на Голанских высотах и управляет парком Иордан.
