Верховный суд больше не надежен? Аарон Барак хочет рассредоточить власть по всей системе
Бывший председатель Верховного суда предлагает расширить полномочия БАГАЦа на все судебные инстанции, чтобы сохранить ценностный контроль старой гегемонии. По мнению автора, это стирает границы между правом, политикой и профессиональными институтами.
Аарон Барак — искушенный стратегический игрок. Обратите внимание на логику, скрывающуюся за словами, которые он произнес на одной из недавних конференций. Барак заявил, что предпочитает, чтобы каждый суд, а не только Верховный суд, служил в качестве БАГАЦа, и, по сути, чтобы каждый судья отвечал за толкование конституции.
С тех пор как Барак вошел в Верховный суд, он стремился навязать свои ценности — ценности значительной части старой гегемонии — судебной системе и всему народу. Путь к этому лежал, во-первых, через контроль над назначением судей и блокирование кандидатов, выступавших против его политической повестки (см. противодействие Барака назначению профессора Рут Габизон в Верховный суд); во-вторых, через предоставление судьям максимального усмотрения посредством разработки расплывчатых доктрин, таких как разумность, соразмерность, добросовестность и тому подобное.
Что предпримет Барак, если Ярив Левин пригрозит «засушить» Верховный суд, отказываясь назначать судей, если те не согласятся на кандидатуры доктора Бакши и доктора Битона, и при определенных обстоятельствах превратит Верховный суд в консервативный? В такой ситуации Барак предпочтет передать власть от Верховного суда судьям низших инстанций, где сохраняется явное большинство представителей старой гегемонии.
Для назначения судей в низшие инстанции не требуется согласие правого правительства. Достаточно большинства в пять из девяти членов комиссии — большинства, над которым юристократия имеет абсолютный контроль (три судьи Верховного суда, два члена Коллегии адвокатов, к которым присоединяется представитель оппозиции).
Сегодня мы наблюдаем дискуссии в БАГАЦе вокруг требования обязать Левина созвать комиссию по выбору судей для назначения судей в низшие инстанции. Существует высокая вероятность, что БАГАЦ удовлетворит эту петицию, как он уже обязал Левина созвать комиссию для выбора Ицхака Амита председателем Верховного суда, несмотря на резкое сопротивление министра.
На этом фоне следует понимать слова Барака о том, что каждый суд должен быть БАГАЦем, а каждый судья — «маленьким БАГАЦем» сам по себе. Идея БАГАЦа — исключительная, существующая фактически только в Израиле, причем в масштабах власти и полномочий, не имеющих аналогов. Британцы создали институт БАГАЦа, так как не хотели делегировать власть судьям в низших инстанциях, где заседали местные, а не британские судьи, и стремились сохранить контроль за собой.
По той же причине они не импортировали систему присяжных в Палестину, не желая давать власть местным жителям. Теперь Барак предлагает применить этот институт ко всем судебным инстанциям, как будто на них и без того не лежит тяжелая нагрузка.
По мере того как старая гегемония теряла свою демографическую и политическую силу, росло желание Барака и его последователей передать власть «профессиональным» институтам, находящимся под их контролем — прежде всего судам, академии, силам безопасности и высокопоставленному чиновничеству. Тем самым Барак политически коррумпировал институты, которые должны действовать исходя из профессионального, а не политического этоса.
Суды должны разрешать конфликты, армия — побеждать в войнах, академия — обогащать человеческие знания, а СМИ — раскрывать правду. Как только институты начинают рассматривать себя как органы, призванные формировать общество согласно определенному ценностному видению, они профессионально изнашиваются и постепенно теряют доверие общественности.
Поэтому, когда Барак в прошлом говорил, что судья должен быть «судебным государственным деятелем», он фактически стирал границу между правом и политикой. Эта концепция вышла за пределы мира права. Дина Зильбер продвигала идею «чиновника как лидера», Ицхак Амит оформляет это как правовую доктрину, Авив Кохави говорил о «жезле ценностей» армии, вводя социально-прогрессивные концепции без одобрения избранников народа, а профессор Ариэль Порат, президент Тель-Авивского университета, утверждает, что академия должна бороться за либерально-демократические ценности, вместо того чтобы сосредоточиться на поиске истины.
В конечном счете, ни Барак, ни Кохави, ни Зильбер, ни Порат не были назначены для продвижения личных мировоззрений. Они были назначены для выполнения первоначального предназначения своих институтов — профессионального, а не партийного. Борьбу за ценности следует оставить политическому полю, где у общественности и ее избранников есть реальная возможность формировать облик общества.
Профессор Моше Коэн-Элия — эксперт по конституционному праву и основатель «Масад ха-Арец — исследовательский институт народа Израиля».
