«Война 64-х»: европейский футбол объявил войну Джанни Инфантино
От фальшивых перерывов на питье до скандальной отмены дисквалификации Фоларина Балогуна — в Европе возмущены методами управления ФИФА. Демонстративное отсутствие президента УЕФА Александера Чеферина на финале мундиаля стало сигналом к началу борьбы за будущее футбола.

Конечно, Дональд Трамп был там. Прибыл и король Испании, а вместе с ним — премьер-министр. Чтобы замкнуть круг хозяев мундиаля, к празднованию присоединились премьер-министр Канады и президент Мексики. Президент ФИФА Джанни Инфантино оказался в своей стихии: в окружении сильных мира сего, где он чувствует себя максимально значимым. Но куда примечательнее тот факт, кто отсутствовал на почетной трибуне в Нью-Джерси. Отсутствие президента УЕФА Александера Чеферина не было случайностью — это был осознанный жест, призванный передать послание.
Инфантино преуспел в своих амбициозных задачах: превратить отрасль в прибыльный бизнес, увеличить доходы и закрепиться на международной политической арене. Однако по пути он создал глубокий раскол с европейским футболом, что стало главной темой после завершения мундиаля. Пока Инфантино укрепляет контроль над ФИФА, расширяя турниры и заручаясь поддержкой менее влиятельных континентальных ассоциаций, в Европе сыты по горло его методами и намерены бороться до конца. Начинается «война 64-х».
Последней каплей стало дело об отмене дисквалификации Фоларина Балогуна из сборной США перед матчем 1/8 финала против Бельгии. В УЕФА были потрясены деталями: от вмешательства Белого дома до использования пункта устава ФИФА, позволяющего отменить отстранение без внятных объяснений. Разоблачение «Таймс» о том, что председатель дисциплинарного комитета Мухаммад аль-Камали из ОАЭ принял решение единолично, лишь подлило масла в огонь. Инфантино отрицает причастность, но его репутация в глазах европейских функционеров была подорвана еще раньше — бесконечными перелетами на личном самолете и приторной близостью к Трампу, кульминацией которой стало вручение президенту США «Премии мира ФИФА».
Следующий повод для беспокойства европейцев — планы Инфантино расширить мундиаль до 64 сборных к 2030 году. По данным «Таймс», своим отсутствием на финале Чеферин хотел подчеркнуть недопустимость смешения политики со спортом. Сразу после финального свистка словенец получил поддержку: Немецкий футбольный союз отказался подписывать документ в поддержку переизбрания Инфантино в марте 2027 года, а президент испанской лиги Хавьер Тебас выступил с резкой критикой:
«ФИФА разрушает мировой футбол. Нет логики в увеличении числа участников чемпионата мира. Нам нужно меньше сборных и больше защиты национальных лиг, но они этого не понимают и ведут себя безответственно.»
Тебас добавил в интервью «Гадзетта делло спорт»: «Случай с Балогуном был очень серьезным. ФИФА удалось замять его, потому что Бельгия победила, но это лишь верхушка айсберга. Она подстраивает правила под свои интересы. Перерывы на питье — это ложь для трансляции рекламы, а если нужно, они устраивают 27-минутное шоу в перерыве. Инфантино должен уйти, но система больна: многие против него, но никто не готов действовать».
На данный момент реальных механизмов смещения Инфантино нет. Он на посту уже десять лет и, вероятно, будет избран на четвертый срок. Начав как реформатор, призванный очистить организацию после эры Зеппа Блаттера, он повел ФИФА по пути максимизации прибыли. В Африке, Азии и обеих Америках его идеи поощряют, ведь ФИФА работает по принципу «один голос — один голос». В УЕФА 55 ассоциаций, в ФИФА — 211, и европейская оппозиция составляет лишь малую часть.
И все же этот бунт имеет значение. ФИФА не сможет бесконечно расширять турниры и выжимать ресурсы из звезд, так как не способна провести ни одного серьезного соревнования без европейского участия. Мундиаль не состоится, если в Европе решат провести черту и пригрозить бойкотом. УЕФА берет на себя роль хранительницы футбольных ценностей, защищая игроков от бесконечного цикла изнурительных матчей. Борьба за обуздание Инфантино будет определять следующие четыре года в ФИФА. Как отмечает «Таймс», дело Балогуна лишило его ореола неприкосновенности, превратив в «хромую утку». Мораль проста: всему есть предел, и даже когда человек пьян от власти, красная линия существует.





