Высокопоставленные чиновницы правительств Нетаниягу переходят в политику с Нафтали Бенетом

Они привыкли планировать реформы, возглавлять масштабные процессы и управлять национальными проектами. В течение многих лет Лиран Авишар Бен-Хорин и Керен Тернер строили карьеру на ключевых позициях государственной службы, а затем и в деловом секторе. Сейчас, примкнув к команде Нафтали Бенета, они сталкиваются с новой для себя задачей — завоеванием доверия общественности.

На собрании активистов партии «Бияд» в Шохаме, за несколько минут до выступления Бенета, они уже осваиваются в новой роли: общаются с участниками и отвечают на вопросы. «По моему мнению, Биньямин Нетаниягу не спит по ночам от мысли, что ему придется сойтись лицом к лицу с Бенетом», — отмечает Авишар Бен-Хорин.

Для обеих женщин, привыкших работать за кулисами, это первый опыт участия в политической борьбе. Их присоединение к партии стало четким сигналом. «Это очень сильное послание от Нафтали Бенета, — поясняет Авишар Бен-Хорин. — Стране нужно исправление, и ей нужны люди, умеющие работать. Кроме того, мы обе — женщины». Тернер добавляет: «Нынешнее правительство отстраняет женщин, и ощущается острая нехватка профессионального женского голоса. Когда среда становится деловой, а люди приходят работать, а не заботиться о своей базе, женщин становится больше».

От частного сектора к политике

Переход в политику потребовал от обеих отказа от комфортных позиций в частном секторе. Последние пять лет Тернер была партнером в венчурном фонде «Винтаж», управляющем активами в 4 миллиарда долларов. «Хайтек — это полная противоположность правительству, там гибкие условия и отличная зарплата, — рассказывает она. — Но я не могла игнорировать тот факт, что, когда ко мне приходили за советом по вопросам транспорта или госсектора, я снова загоралась. Это моя страсть. Я мать троих детей, у нас нет иностранного паспорта, мы любим эту страну и хотим, чтобы здесь все было иначе».

Авишар Бен-Хорин последние три года занимала должность старшего менеджера в фонде «Кистон», отвечая за крупные сделки в сфере инфраструктуры и связи. Решение сменить этот статус на «политическое болото» она объясняет чувством ответственности: «Если мы не сделаем это сейчас, я не знаю, где мы окажемся через пару лет. Я не могу оставаться в стороне».

Профессиональный путь и разочарование

Обе женщины начинали карьеру на госслужбе. Тернер, экономист по образованию, работала в бюджетном отделе министерства финансов, который Нетаниягу называл «спецназом госсектора». Авишар Бен-Хорин стремилась в канцелярию премьер-министра, где работала советником генерального директора, а затем главой штаба при Нетаниягу. «Это было захватывающее время, мы делали потрясающие вещи», — вспоминает она.

Однако сегодня Авишар Бен-Хорин настроена критически: «Нетаниягу — человек с большими талантами, но он стал лидером, который приблизил нас к разрушению Третьего храма из-за глубокого раскола в обществе. Его систематическая работа по укреплению собственной власти стоила нам общего будущего».

Тернер, ставшая первой женщиной на посту гендиректора министерства транспорта при Исраэле Каце, покинула госслужбу после пяти месяцев работы в министерстве финансов в 2020 году. «Я поняла, что от меня не ждут профессиональной работы, — говорит она. — Министры намеренно принижают профессионализм, используя бюджеты для своих политических нужд». Авишар Бен-Хорин, работавшая гендиректором министерства связи при Йоазе Хенделе, добавляет: «У этого правительства много дурных намерений, но, к счастью, низкие способности к их исполнению».

Взгляд в будущее

Несмотря на то, что опросы партии «Бияд» показывают стабильные результаты, обе женщины уверены в своем выборе. «Я присоединилась к Бенету, потому что он именно тот лидер, на которого я надеюсь, — подчеркивает Тернер. — Он религиозный и правый, но при этом либерал и прагматик». Авишар Бен-Хорин добавляет: «За последние 20 лет единственный, кто вошел в комнату и заставил Нетаниягу выйти из нее, — это Нафтали Бенет. Он управлял одним из самых деловых правительств в истории Израиля и сделает это снова».

Центральной задачей они видят интеграцию ультраортодоксального общества. «Наша реформа перевернет пирамиду стимулов: бюджеты больше не будут поощрять безделье, — заявляет Авишар Бен-Хорин. — Государство ответственно за бедность и невежество в ультраортодоксальном секторе, и те же руки, которые это допустили, должны все исправить».