Яаков Ашер: «Закон о призыве — это попытка свергнуть Нетаниягу»
Депутат Кнессета от партии «Яхадут ха-Тора» Яаков Ашер настаивает, что вокруг закона о призыве ведется политическая борьба, направленная на дестабилизацию правительства. Он подчеркивает, что ультраортодоксальная общественность не является «уклонистами», а лишь защищает право на изучение Торы.
Это была насыщенная неделя для депутата Кнессета Яакова Ашера, представляющего партию «Яхадут ха-Тора» в комиссии по иностранным делам и безопасности. На повестке дня стоял вопрос о замораживании арестов молодых ультраортодоксов, не явившихся по повесткам в ЦАХАЛ — это часть договоренностей между премьер-министром Биньямином Нетаниягу и ультраортодоксальными партиями. Цель — успеть принять закон до окончания каденции.
«Важно понимать, — говорит Ашер, — это не закон в привычном понимании. Его называют законом, но по сути это временное распоряжение. В обычной ситуации это было бы урегулировано решением правительства, но в нынешних условиях сразу нашлись те, кто направил Гиля Лимона (заместителя юридического советника правительства — прим. ред.) попытаться подорвать это решение. Поэтому мы выбрали законодательный путь. Нельзя сказать населению, которое 70 лет училось в иешивах и действовало в рамках закона, что оно внезапно стало состоять из уклонистов. Уклонист — это человек, который годами избегает своего долга. Данное распоряжение лишь урегулирует период между истечением срока действия предыдущего закона и принятием нового в следующем правительстве».
Как член комиссии по иностранным делам и безопасности, осведомленный о кадровом кризисе в армии, не считает ли он более актуальным расширение круга призывников, например, за счет тех, кто не учится?
«Было много дискуссий о подготовке армии к приему ультраортодоксов, о создании комиссии, которая проверит, действительно ли армия готова и выполняет свои обязательства перед ними. Я участвовал почти в 100 заседаниях. Даже иешивы «хесдер», которые являются самыми боевыми, сегодня предъявляют претензии к армии».
На вопрос, осознает ли ультраортодоксальная общественность остроту ситуации с резервистами, Ашер отвечает:
«7 октября произошел сдвиг. Было много ультраортодоксов, которые хотели призваться. Небольшая часть была призвана, но армия не хотела во все это ввязываться. Обязательство к партнерству существует, но вы постоянно требуете от нас церемоний и пиара».
На замечание о том, что он не призывает к службе тех, кто не учится, Ашер парирует:
«Я не должен каждое утро говорить людям: «Не принимайте наркотики без медицинских разрешений» или «Не уклоняйтесь от налогов». Есть закон. В рамках плана Бисмута мы хотели законодательно закрепить права тех, чья учеба — их ремесло. Что касается остальных, мы не препятствовали никаким санкциям. Это могло бы привести к призыву в больших количествах».
По мнению депутата, противники закона преследуют иные цели:
«Если бы мы добавили предложение о том, что «правительство «Ликуда» во главе с Нетаниягу прекращает свою деятельность», юридический советник и оппозиция поддержали бы любой наш закон. Есть люди, которым трудно понять концепцию «учеба — это ремесло», я понимаю, но многие политики и организации хотят лишь свергнуть правительство».
Ашер также выразил недовольство работой юридической системы:
«Мы боремся против враждебного юридического советника, чья единственная цель — саботировать единство правительства, чтобы избавиться от того, кого она не хочет видеть премьер-министром. Верховный суд идет как слепая коза за каждым мнением Гиля Лимона. Нужно изменение в объеме полномочий судей, чтобы они не могли вмешиваться в суть вещей».
В завершение депутат прокомментировал протесты внутри ультраортодоксальной общины:
«Все те, кто набрасывается на нас, называя коллективом уклонистов, толкают ультраортодоксальную общественность в крайность. Люди видят, что происходит, и говорят: «Если моего брата арестуют из-за того, что он учится, или если у моих родителей отнимут кусок хлеба, я тоже не призовусь». Это популистская война, которая приведет, не дай Бог, к гражданскому конфликту».
