Жизнь после перемен: истории израильских семей, сменивших курс
Мы вернулись к историям семей, которые в начале 2024 года делились своим опытом преодоления финансовых трудностей и поиска нового жизненного пути. От релокации и возвращения к светскому образу жизни до смены карьеры — каждый из них нашел свой способ адаптироваться к реальности.
По случаю седьмого дня Песаха, который в этом году проходит в тени продолжающейся войны и не утихающих ракетных обстрелов, мы решили вновь обратиться к семьям, которые в первые месяцы 2024 года рассказывали нам о своих финансовых испытаниях и о самой жизни.
«Я совершила релокацию на Ко Панган, и мы поняли, что это не тот рай, который мы себе представляли»
Ширан и Шели Маор-Ганц шесть лет жили в Тель-Авиве, прежде чем переехать на Ко Панган в Таиланде — Ширан работал удаленно в сфере хайтека, а Шели занималась ювелирным делом и искусством. Спустя год они осознали, что изменились и они сами, и место их пребывания: «Я вдруг столкнулась с израильской конкуренцией, безумие на рынке недвижимости там разрушило все очарование». Вернувшись в Израиль, они почувствовали облегчение. Они обосновались в Пардес-Хане, где платят 5 500 шекелей за четыре комнаты в новом здании. «Пардес-Хана — это израильский Ко Панган», — говорит Шели. — «Здесь меньше манерности. Вдруг я чувствую, что мне не нужно убегать на Восток, чтобы получить вдохновение». Ширан сейчас является председателем ассоциации, которая заботится о выживших на вечеринках 7 октября и нанимает более 400 терапевтов, оказывающих помощь 1 000 человек в неделю.
«Я сказал ей: „Ты с ума сошла? Это друзская деревня“, но мы влюбились в это место»
Даниэль, уроженец Ленинграда из семьи сионистских отказников, и Эвелин, приехавшая из Восточной Германии, познакомились в Хайфе. Когда Эвелин нашла дешевую квартиру в Усфии, Даниэль решил свозить ее посмотреть — только чтобы доказать, насколько это не подходит, — но в тот же день они подписали договор. Их четверо детей выросли в друзской системе образования и сегодня говорят на пяти языках. Супруги работают гидами по кулинарным турам в Далият-эль-Кармель, знакомя туристов с местной культурой. Со времен пандемии и на протяжении войны им приходилось проявлять гибкость: они продавали туры для круизных лайнеров в портах Марселя, Барселоны и Генуи. «Почти 60% времени, что мы работаем гидами, был кризис, но мы выживаем», — говорит Даниэль, отмечая, что низкие расходы на жизнь в деревне помогают им держаться на плаву.
«Я приходил в полночь, ложился и говорил себе: какую ошибку я совершил»
Давид Амзалаг познакомился с Вивиан, художницей из Южной Африки. После восьми лет жизни в Калифорнии и рождения дочери они вернулись в Израиль с мечтой открыть пекарню в кибуце. Первые годы были тяжелыми: «Я приходил домой в 12 ночи, ложился в кровать и говорил себе: „Какую ошибку я совершил“. Я работал так тяжело и зарабатывал 3 000 шекелей. Но я упорствовал и верил». Постепенно их пекарня «Лехем Тене» расцвела, и теперь они планируют открыть филиал в кибуце Ханита. Вивиан, которая преподает и готовит выставку к лету, отмечает: «В США жизнь скучная, лишенная смысла. А здесь все заряжено смыслом и жизнью».
«Мы сменили имена, чтобы детей приняли в учебные заведения в Бней-Браке»
Мейталь и Лиор Рашти познакомились через сватовство. Лиор вернулся к вере в 23 года, а Мейталь, выросшая в традиционной семье в Гиватаиме, постепенно стала ультраортодоксальной. Девять лет они прожили в Цфате, а затем переехали в Бней-Брак. Реальность оказалась суровой: «Мне сказали: „Вы начинаете с двумя минусами — вы вернувшиеся к вере и сефарды“». Они даже сменили имена на Аарон и Хая, чтобы детей приняли в учебные заведения. Пандемия заставила их переосмыслить жизнь, и в итоге они вернулись к светскому образу жизни, переехав в Рош-ха-Аин. Сегодня Мейталь — энергетический терапевт, а Лиор — учитель в системе специального образования. Оба они читают лекции в ассоциации «Хиллель», помогающей ультраортодоксам, решившим покинуть общину.
«Мы купили землю за 1,7 миллиона, и к этому нужно добавить строительство. Это все равно намного дешевле, чем жить в центре»
Алон и Мейрав Пинхас живут в мошаве Эйтан в регионе Лахиш, арендуя дом за 4 000 шекелей и планируя строительство собственного жилья. Мейрав, оставив дизайн одежды, перешла в сестринское дело и работает в отделении для недоношенных детей в больнице «Сорока». Алон руководит консалтинговой компанией для стартапов и отслужил 250 дней в резерве. «В конечном счете, это наша миссия. Финансовые потери — это не то, что помешает нам служить», — говорит он. Чтобы сохранить отношения в семье, они ввели правило еженедельного свидания и обязательной совместной трапезы с детьми.
«Из мусора в ночную жизнь»: от управления отходами к владению баром
Эяль и Тами Коэн-Гарай-Бен Давид женаты 11 лет, у них шестеро детей от предыдущих браков. Эяль 14 лет был операционным директором в компании по переработке отходов, но четыре месяца назад кардинально сменил сферу деятельности. Когда Тами увидела, что старый бар «О'Салливан» в Модиине ищет новых владельцев, она предложила Эялю попробовать свои силы. «Я заскочил в „О'Салливан“, и через полчаса место было моим», — рассказывает он. Сейчас в баре работают его сын, вернувшийся из армии с посттравматическим синдромом, и дочь Тами. «Я вижу, как люди наслаждаются, и это безумно наполняет меня», — признается Эяль.
