«Знаем каждый камень: война в Ливане — в нашей ДНК»
Командир 226-й бригады полковник (рез.) Нир Шамри вместе со своими солдатами, призванными на пятый срок, удерживает линию границы по обе стороны забора. По словам комбрига, нынешняя обстановка кардинально отличается от предыдущих этапов: пространство безопасности стало более открытым, что дает ЦАХАЛ значительную свободу действий.
В северном секторе формируется иная реальность безопасности, отличная от той, что наблюдалась во время операции «Стрелы севера» в 2024 году и в предшествовавший ей период ожидания. Силы ЦАХАЛ больше не действуют только с тыловых позиций, а удерживают передовую линию обороны по обе стороны границы, обладая большей свободой действий и контролируемым пространством.
«Мы находимся в постоянной обороне по обе стороны забора, — говорит полковник (рез.) Нир Шамри, начальник штаба 226-й бригады, северной резервной бригады десантников. — Это изменение. Мы были здесь с нулевой линией обороны против средств поражения. Сейчас линия соприкосновения выглядит иначе. Земля обнажена, наше пространство обеспечения безопасности гораздо более открыто, и у нас гораздо больше свободы действий».
Тренировки и готовность
Мы прибываем на аванпост на ливанской границе в западном секторе. С 7 октября и до прекращения огня в ноябре 2024 года — когда завершилась операция «Стрелы севера», — солдаты здесь были постоянной целью для атак «Хезболлы». Следы попаданий все еще заметны на укреплениях.
На этот раз мы входим на другой аванпост. Частные автомобили заполняют парковку. Можно почувствовать готовность с одной стороны и непринужденность с другой. Для солдат был оборудован небольшой тренажерный зал, и они используют время, чтобы тренироваться и наслаждаться весенним солнцем. Более двух лет назад, когда они прибыли сюда, солдаты маскировались в кустах. Сегодня картина изменилась.
При входе на аванпост мы получаем оповещение на мобильные телефоны: ожидается обстрел из Ирана по линии противостояния. Спустя короткое время поступает сообщение, что инцидент исчерпан и можно выходить.
Расположение аванпоста подчеркивает важность обороны северной границы. Под нами раскинулась Шломи. Отсюда можно буквально заглянуть в дома жителей. Хребет Ха-Сулам, на котором расположен аванпост, возвышается над всем севером страны, вплоть до Хайфы.
Эксперты в секторе
Это пятый призыв солдат 226-й бригады. 7 октября они были экстренно вызваны в этот сектор и защищали границу более трех месяцев. Затем они маневрировали в центральном секторе Ливана, находились в Сирии, а когда началась операция «Рев льва», их перебросили в сектор, который они знают в совершенстве.
«Боевые действия внутри Ливана — в нашей ДНК. Если нам понадобится там быть, мы сможем сделать это естественным образом. В «Стрелах севера» мы боролись за то, чтобы принять участие в миссии. Солдаты говорили: «Мы 20 лет тренируемся для этого, и это наш момент»», — говорит полковник (рез.) Шамри.
Он подчеркивает, что знакомство с сектором дает значительное преимущество: «Спустя два с половиной года мы с закрытыми глазами знаем каждый куст и каждый камень. Мы разбираемся лучше, чем те, кто приехал сюда из Бейрута для усиления».
Угрозы и вызовы
Бригада активно задействует беспилотники всех размеров. Группа операторов на аванпосте сканирует сектор с другой стороны границы в попытке найти расчеты ПТРК «Хезболлы».
«Навесным огнем они стреляют с более дальнего расстояния. Мы почти не видим стрельбы на короткие дистанции. В «Стрелах севера» мы спускались в вади и собирали минометы в огромных количествах. Их огневая политика в основном беспокоящая, — говорит Шамри. — «Стрелы севера» отодвинули их и лишили возможностей ближнего радиуса. Теперь им нужно приложить усилия, чтобы добраться до нас».
«Мы не сталкивались с группой, которая пыталась бы проникнуть. Но для нас это вероятный сценарий, поэтому мы здесь, — объясняет комбриг. — В прошлый раз здесь были заросли, мы ничего не видели. Сегодня все иначе. Деревни, которые я вижу, пусты. Мы видели уходящие колонны. С моей точки зрения, если там видят кого-то, кто не является другом — солдаты знают, что его можно атаковать».
Сейчас, когда кампания затягивается, основным вызовом становится личный тыл бойцов. «Это не быстро. Есть семьи, которые распадаются, — говорит он. — Мы прилагаем очень большие усилия. Мы создали команду «Эйтаним». Есть портал для бойца и супруги, внимательное отношение, специалисты. Даже помощь в бюрократии. Мы обнаружили, что у резервистов нет сил заниматься этим, а деньги просто не требуются или не подаются правильно».
Ощущение времени тоже меняется. «Я сказал ребятам 7 октября, что мы будем здесь месяц-два. Сегодня ясно: и на Песах мы будем здесь. И даже если нас заменят, мы быстро вернемся. Одеяло короткое».
И во всем этом возвращение жителей к линии границы добавляет еще один слой ответственности. «Когда мы были здесь в прошлый раз, все было пусто. Сегодня жители здесь, и ты чувствуешь себя иначе. В прошлый раз я думал, что эвакуация жителей — это ошибка».
