21-летняя Алиса Рыжкова ищет отца в Великобритании
Алиса Рыжкова, живущая в Израиле, пытается найти своего биологического отца, британца Гэвина П. Томпсона. Девушка уверена, что он не знает о её существовании, и надеется на помощь общественности в поисках.
Алиса Рыжкова знает о своём отце крайне мало. В её распоряжении лишь имя — Гэвин П. Томпсон, британское гражданство, город Истборн и период начала двухтысячных годов. Мать Алисы описывала его как мужчину лет тридцати с голубыми глазами и длинными спутанными светлыми волосами, которые он часто собирал в хвост. Алиса не знает, жив ли он, и в курсе ли он вообще, что у него есть дочь. Сейчас, в возрасте 21 года, после долгих лет безуспешных поисков, она обращается за помощью к общественности.
«Это не история об отце, который бросил ребёнка, — говорит Алиса из своей квартиры в Хадере. — По всей видимости, он просто не знает, что я существую. Насколько мне известно, он никогда не узнавал о моём рождении».
История началась задолго до переезда в Израиль. Мать Алисы, Ольга, в начале двухтысячных жила в английском Истборне, где у неё завязались отношения с Гэвином. Пара встречалась несколько месяцев, после чего Ольга уехала, не подозревая о беременности. В то время, до эпохи смартфонов и социальных сетей, найти человека было гораздо сложнее. Попытки матери разыскать его позже не увенчались успехом: по старому адресу он уже не жил, а в городской библиотеке ей смогли предоставить лишь полное имя мужчины.
Алиса родилась в Норвегии, выросла в России, а в семь лет репатриировалась в Израиль. С годами она составила примерный портрет отца: сейчас ему должно быть за пятьдесят. По словам матери, он работал программистом, был не слишком социально активен и, вероятно, не пользуется социальными сетями, что значительно затрудняет поиски. Также известно, что у Гэвина были дети от предыдущих отношений, с которыми он поддерживал связь, поэтому Алиса надеется, что он не станет отрицать её существование.
Попытки найти ответы
Несколько лет назад Алиса сделала тест ДНК, но он выявил лишь очень дальних родственников. Один из них, Джеймс, занимающийся генеалогией, попытался помочь и даже нашел адрес, по которому Алиса отправила письмо. Ответа не последовало — возможно, письмо затерялось или было проигнорировано.
За этими поисками скрывается глубокое чувство одиночества. Мать Алисы переехала в Россию, и девушка осталась в Израиле одна. «У меня нет семьи, кроме мамы, — признается она. — Одиночество особенно остро ощущается по праздникам, когда я вижу семьи друзей или отцов с дочерьми».
Алиса не теряет надежды. Она копит деньги на поездку в Англию, чтобы попытаться найти зацепки на месте. «Я хочу быть с ним на связи, — говорит она. — Я не знаю, какой она будет, но надеюсь, что он будет мною гордиться. С сегодняшними технологиями можно многое сделать. Достаточно одного человека, который знает кого-то, кто знает кого-то, и я найду его. Я не сдаюсь».
