Бизнес на севере на грани краха: «Хватит бахвальства, нам вешали лапшу на уши»
Война на севере продолжается, ставя под угрозу выживание местных предприятий. Владельцы бизнеса вынуждены либо закрываться из-за отсутствия безопасности и клиентов, либо пытаться работать вопреки обстоятельствам, видя в этом личную миссию.
Полторы недели крайне хрупкого прекращения огня не смогли вернуть жизнь в Кирьят-Шмону и лишь усугубляют угрозу закрытия, нависшую над немногими предприятиями, которым еще удается выживать в городе и окрестных поселениях. Наряду с непрекращающейся борьбой за выживание, есть и те, кто именно сейчас решает открыть бизнес — не столько из-за экономических перспектив, сколько ради чувства миссии.
«Я хочу уехать»
В центре города, среди заброшенных магазинов, находится «Мебель Рафаэль». Дуду Амар работает в нем уже 40 лет, но роскошный комплекс гостиных, обеденных зон и шкафов закрыт уже более месяца. Амар, который в 1982 году в качестве бойца спецназа «Голани» штурмовал Бофор, сегодня звучит сломленным: «Я говорю с тобой, и мне хочется плакать от этой ситуации. В городе нет людей. Мы не открывали магазин уже месяц. То, что происходит — это позор. Нас эвакуировали из-за опасений проникновений, мы вернулись, а теперь понимаем, что с Ливаном не разобрались и не обеспечили безопасность, которую нам обещали. Нам вешали лапшу на уши».
Для Амара даже последние ночи, когда больше не нужно находиться в убежищах, остаются затянувшимся кошмаром. «Я не знаю, что такое спать как человек всю ночь. От каждого хлопка я подпрыгиваю. У моей жены серьезная посттравма. Дети боятся ходить в школу. Хватит этого булшита и бахвальства о том, сколько вы сделали и завоевали — мы хотим жить здесь в безопасности». Недавно Амар с семьей въехал в новый дом в районе Ювалим: «Во время войны мой старый дом был разрушен прямым попаданием, и я построил новый, пентхаус — просто загляденье. Сегодня я хочу продать его и уехать из города, потому что так продолжать невозможно. Трудно жить, не зная, что будет завтра при такой ситуации с безопасностью».
«Все пошло в мусор»
В то время как одни пытаются открыться, другие уже с прискорбием сворачивают бизнес. Музи Аниджар, владелец фудтрака «Кунпапа», решил покинуть Кфар-Гилади и вернуться на Голаны. Война, начавшаяся 28 февраля, погубила его дело. «Я приехал в кибуц Кфар-Гилади и был частью нового прекрасного комплекса, который мне очень нравился. Я сделал это, понимая, что «Хезболла» сдержана, что ей нанесли сокрушительный удар и на севере будет спокойно», — объясняет он. «Мы были здесь четыре месяца, туризм процветал. Пока не началась война и не спутала все карты. Два месяца я сижу дома, фудтрак не работал. Все товары испортились и пошли в мусор, а государство не помогает».
Аниджар больше не ждет деклараций о победе и встреч с высокопоставленными офицерами, рассказывающими о «настоящей безопасности». Вчера днем на высотах Голан он зажег планчу и обслуживал туристов и резервистов. «Вот посмотри, что с нами случилось. Пришла война, и «полной победы» не было — что еще я могу сделать? Если бы я остался в Кфар-Гилади, я бы обанкротился», — объясняет он. «У меня нет сил ждать, что предпримет правительство. В Мером-Голан есть туризм, здесь можно вести бизнес».
Камбэк «Залмана»
Несколько недель назад в город вернулся легендарный тост «Залман», который теперь продается в закусочной «Бис Басар» на площади ЦАХАЛ. Аарон Коэн отмечает: «Я знаю, что открываться в такое время — это самоубийство, но мы пытаемся дать людям работу и заработать сами. Мы привезли гамбургеры, сосиски, салаты. Все говорили мне не открываться, а я пошел за своим сердцем. Я сказал, что мы принесем сюда немного музыки, огней, вернем запах еды в этот комплекс. Я вижу в этом миссию, и цены здесь народные».
Параллельно с этим министр финансов Бецалель Смотрич объявил вчера вечером главам властей в Кармиэле, Акко, Кацрине, Цфате и других городах, что их требование о расширении мер поддержки для предприятий, пострадавших во время войны на севере, было принято. Владельцы бизнеса получат полную компенсацию по маршруту «оборотов» за боевые действия в марте-апреле 2026 года. Компенсация будет определена в соответствии с доходами до войны, согласно механизму, который утвердит в ближайшие дни финансовая комиссия Кнессета.
